Луций Корнелий

Ваха. Тридцать Седьмая Глава

Added 2025-08-16 18:15:43 +0000 UTC

– Бросайте все! – проорал я, увлекая за собой артиллериста, пытавшегося катить в сторону города органное орудие.

– Но, Герр капитан… – начал было возражать мужик.

– Уходить! Уходить! – пришёл мне на помощь Макс, буквально пинками отгонявший артиллеристов от орудия.

Помойная рейксгвардия демонстрировала куда более выраженный инстинкт самосохранения. Отряд уже отступал к стенам города. Эрик тащил на привязи перепуганного ослика Понки, ослик тащил за собой повозку, на которой оставили лишь самые необходимые вещи. Ценности, приправы, кое-какое снаряжение.

– Жертвы! Жертвы!

Железная стена избранных была уже метрах в двадцати от нас. Видя присутствие элиты Хаоса зверолюды ободрились. С флангов нас снова обходили унгоры и горы. Немного, но им и не надо побеждать. Главное просто задержать нас до прихода тяжёлой пехоты. Ситуация была крайне скверной.

Я, Макс, Магг и Лиандра замыкали отступление, пытаясь не дать зверью, ударить нам в спину. Сквозь голоса избранных и канонаду артиллерии Дави-жарр прорезался оглушительный лай. Вслед за унгорами на нас неслись огромные рогатые псы. Гончие Хаоса. Как же херово!

Приходилось пятиться назад, постоянно держа “на мушке” наступавших по пятам зверолюдов. Лично за мной увязались трое унгоров-копейщиков, пытавшихся уколоть меня в руку или ногу. Не имея щита, я уворачивался и отмахивался клинком, стараясь попасть уродам по конечностям. Меня страховал Макс. Сержант пресекал самые наглые наскоки козлоногих и щитом отводил особо опасные выпады.

Псы были уже рядом. Дюжина шелудивых, брызжущих слюной тварей, каждая размером с алабая. Надо было сместиться ближе к Маггу и Лиандре иначе…

– Акши!

Огромный огненный шар пролетел мимо меня и, несколько раз изменив направление, взорвался аккурат посередине приближающейся стаи псов Хаоса. Четырех тварей буквально разметало по сторонам. Остальные, сменив хриплый лай на жалобный скулёж, бросились назад.

– Горите! Пепел и прах!

Струя пламени прошлась по унгорам и зацепила марширующие ряды избранных. Последним на это фаер-шоу было наплевать, а вот козлоногие струхнули.

– Поднимайтесь! – призывал уже другой голос.

Земля перед избранными и прямо под их ногами забурлила. Из неё полезли влажные, покрытые грязью корни, толщиной почти с мою руку. Словно щупальца хватали они тяжёлую пехоту Хаоса. Это постарался магистр Нефритового Ордена. Однако расслабляться было рано. Корни деревьев не такие прочные как ветви. Избранные Хаоса, обладающие сверхчеловеческой силой, разрывали природные путы, продолжая свой путь. Магия ветра Гиран лишь слегка задержала их. Но даже так магистру Герарду удалось выгадать нам спасительные секунды.

Мы с Максом побежали в сторону города. На пути у нас стояли два магистра. Герард пятился назад, одной рукой держа посох, а в другой потерявшую сознание шаманку Хель. А вот магистр огненного ветра отступать не собирался. Он уже был похож на живого мертвеца, от которого шли пар и дым. Половина лица, оплавленная кислотой, покрылась черной коркой, напоминающей уголь. Из уцелевшего глаза, носа и рта текла кровь. Чародею явно было очень хреново, но он продолжал кастовать, посылая струи пламени навстречу зверолюдам.

Я подбежал к магистру, схватил его за плечо и крикнул:

– Уходим!

– Не надо, – ответил мне за него Герард. – Для него все кончено. Не отнимай у человека его подвиг.

Я всё понял. Как и наставница Хель этот магистр уже не выживет. Слишком много сил он использовал, слишком много тяжелых ран получил. Однако он хотел уйти в бою. Остаться здесь, прикрывая наш отход.

Мы с Максом бросились к Пфайльдорфу вслед за остальной помойной рейксгвардией, а за спиной сквозь вопли хаоситов и гром пушек ещё несколько раз прозвучал крик “Акши!”.

Как бы предвзято жители Империи не относились к чародеям, некоторые из них сражались с силами Хаоса так же храбро как боевые жрецы Сигмара или охотники на ведьм.

Битва осталась позади. Орда Тамурхана додавливала последние очаги сопротивления в центре некогда могучего войска Ольгера Хока. Сам маркграф погиб, а остатки его армии вынуждены были спасаться. Бежать в Пфайльдорф, который находился под безжалостным обстрелом дави-жарр. Над городом полыхало зарево пожаров. Стены были серьезно повреждены, но спасительные ворота оставались открытыми. Туда уже забегали первые рейксгвардейцы вперемешку с местными ополченцами. Могучая фигура Магга плыла в людской толпе аки ледокол Красин, легко расталкивая паникующих солдат. Лиандра старалась держаться ближе ко мне. Постоянно оборачивалась к нам с Максом, отставшим от остального отряда.

Мы уже были у ворот, когда нам наперерез вылетела толпа в усмерть перепуганных алебардистов и копейщиков. Перепачканные грязью, запятнанные кровью солдаты загородили нам путь. Люди кричали и пытались как можно скорее попасть в город.

Лиандра старалась прорваться ко мне. Её высокая фигура начала двигаться против толпы, но обезумевшие солдаты не давали нам воссоединиться. Могла начаться смертельная давка. Я махнул эльфийке рукой, чтобы она уходила в город. Та сначала воспротивилась, но толпа слишком давила. Девушке пришлось поддаться течению людской массы.

Я обернулся. У нас ещё было в запасе время. Боеспособные части хаоситов либо отстали, либо крушили центр армии. Казалось, что мы без проблем окажемся в городе и тут…

– Ложись! – заорал Макс.

Я услышал свист и сразу же всё понял. Успел рухнуть на землю, которая через мгновение сотряслась от чудовищного взрыва. Почва взбрыкнула подо мной словно разъярённый бык, которого я пытался оседлать. Через секунду меня накрыло комьями грязи, подброшенной взрывом. Земли было много. Меня словно похоронило заживо. При этом почва подо мной продолжала дрожать, терзаемая чудовищными чарами, которые дави-жарр вложили в снаряд.

“Будь очень осторожен теплокровный”, – предупредил меня Лоом-Пиа. – “Ты больше не принимаешь участие в кровопролитии и наши силы убывают”.

Гипножаб был прав. Кровавая жертвенная чаша начала потихоньку опустошаться.

Я принялся откапываться, раскидывая во все стороны комья земли. Сквозь звон в ушах до меня доносились крики боли и вопли отчаяния.

Место, где раньше находились городские ворота, превратилось в огромный кратер, на дне которого пылала огненная магия. Десятки изломанных солдат копошились, присыпанные землёй.

Очень надеюсь, что Лиандра, Магг и остальные выжили. На это есть все шансы. Они уже должны были попасть в глубь города когда грянул взрыв.

Я вскочил, ощущая головокружение. Сначала попытался откапывать других пострадавших, но обернувшись назад увидел, как в дыму приближаются вражеские силы. Надо отступать. Все кто могут, спасутся сами, а остальные уже обречены.

– Юрген, ходу! – услышал я сквозь грохот голос сержанта.

Ворота превратились в пылающий кратер и Макс бежал к уже порядком остывшему пролому в стене. Мощное укрепление Пфайльдорфа там обрушилось, обратившись дымящейся горой обломков кирпичной кладки.

Макс полез наверх, спотыкаясь и помогая себе нижним углом щита. Я присоединился к нему. Обломки камней укатывались из-под ног. Они сыпались вниз, образуя подобие оползней. И всё же худо-бедно мы поднимались. Камни под ногами были горячими. Сквозь них просачивался удушливый дым. Вероятно, где-то в глубине горели подвалы или подземные складские помещения.

И вот, с трудом взобравшись по камням, мы оказались в городе. Улицы затянуло дымом. Взрывы и крики звучали по сторонам. Надо было пройти Пфайльдорф насквозь, чтобы добраться до точек эвакуации.

Наших рядом я не видел. Впереди их не было. Похоже, через пролом мы попали на другую улицу. Нас разделяли горящие руины домов Пфайльдорфа.

В кровавой чаше осталось лишь два деления. Мне становилось всё труднее двигаться. Усталость давала о себе знать, а удушливый дым вокруг не придавал дополнительной бодрости. Однако выбора не было. Я ковылял вперёд, стараясь не выпускать из поля зрения сержанта Макса.

Его раньше почти роскошные доспехи были помятые, исцарапаны, измазаны грязью, землёй и копотью.

Шаг, ещё шаг, прикрыть глаза от дыма.

Спасение было близко. Не встречая никаких врагов мы прошли длинную улицу, покинув зону особенно активных пожаров. Дыма вокруг стало меньше, небо прояснилось. Я глянул в чумазое лицо сержанта, на котором расплывалась довольная улыбка.

Мы перешли на легкий бег, пробираясь вглубь города. По сравнению с Фридрихсбургом Пфайльдорф был настоящим мегаполисом. С обеих сторон от нас поднимались двух или даже трехэтажные дома. Я глянул в просвет между их крышами и увидел как на фоне тёмных небес, закрытых осквернёнными тучами, огненной кометой летит снаряд из адской пушки. Огромный сгусток оранжево-пурпурного пламени. Он летел низко, но судя по траектории по нам не должен…

Твою мать!

– Беги! – только и успел крикнуть я Максу, когда снаряд изменил траекторию полёта и спикировал на нас.

Двое человек на узкой улице, преследуемые огненной погибелью. Мы бросились вперёд со всех ног. Глазами искали какое-нибудь укрытие. Каждая секунда на счету и…

Спиной я ощутил чудовищный жар. Яркая волна губительного света заслонила собой реальность. Из преследующего нас огня я слышал крики и стоны страдающих душ, которых использовали для создания этого снаряда. Ноги несли меня вперед, но не успели. Самонаводящийся снаряд догонял.

Нестерпимый жар накрыл меня. За ним пришла не просто боль. Слова боль недостаточно, чтобы описать это ощущение. Шок и трепет. Раскаленная волна ударяет по самой твоей сути, пытаясь смести напрочь любые зачатки разума. На автомате я поглотил всё, что оставалось в кровавой чаше. Не пытался спастись. Просто хотел унять чудовищную боль.

“Держись, теплокровный”, – заклинал меня голос Лоом-Пиа. – “Не дай варпу разрушить нашу сущность”.

Боль не прекращалась. Я кричал, но не слышал собственного крика. Чудовищная доза магической энергии ломилась сквозь мои духовные барьеры. Самая мощная колдовская атака за всё время нахождение здесь. Я горел и тут же регенерировал. Зубы стучали, всей кожей ощущался ожог. Я ничего не видел, не слышал и не чувствовал кроме пламени.

Мне казалось, что мое тело не выдержит этого страшного испытания. Сердце остановится, я задохнусь или сойду с ума. Но вдруг…

К боли примешалось нечто другое. Или, может быть, мой организм просто исчерпал лимиты страданий. Мозг закоротил нервы, словно электрик, вырвавшись с мясом поврежденные провода.

Вслед за болью меня накрыла чудовищная, неописуемая волна силы. Я увидел небеса. Увидел их сквозь пламя, сквозь тучи, сквозь атмосферу планеты. Переливающиеся всеми цветами реки Имматериума среди звёзд и галактик. Мир с большой буквы во всем своём обнажённом великолепии. Возможно, именно такой видели реальность Древние или видят её сейчас демоны.

Я услышал смех. Смех этот сотрясал звёзды и саму реальность. Нечто смотрело на меня прямо из бездны Имматериума, распахнувшейся посреди небес.

Я попытался отвернуться, переключить внимание, больше не смотреть туда.

“Борись, теплокровный. Ты можешь противиться им”.

Я пытался. Мысленно произнёс:

“Я защищен от магии и от воздействия Хаоса тоже. Скверна не возьмет меня!”

– Уверен!? – сквозь смех до меня донесся хор множества голосов. – Чем выше ты забрался, тем глубже падать! Чем чище ты, тем темнее пятна будут на твоей душе! Архаон Всеизбранный был храмовником когда-то! Кем можешь стать ты?!

Образ небес исчез. Его сменило новое видение. Предо мной предстал огромный чемпион Хаоса в тяжёлой броне. Он летел на драконе, а под ним, сметая города, шествовала бескрайняя армия. Каждая его победа оборачивалась множеством трофеев. Сотни демонов преклонялись пред ним, желая чем-то услужить. Бесчисленные дары, рабы, огромные дворцы и даже целые города, населенные чудовищами. Мне показали амбиции, от которых могло захватить дух.

Ответ созрел у меня не сразу. Я задал неизвестным соблазнителям такой вопрос:

“А это видение вы специально для меня засняли или сие ваш стандартный рекламный ролик?”

Шутку неизвестные соблазнители не оценили. Я провалился обратно в реальность, полную боли. Потихоньку очухался, хотя все ещё ничего не видел и не слышал.

Дышать могу? Да. Вроде бы цел? Да. Отлично.

Что было не отлично, так это состояние моей одежды. Она горела прямо на теле и мне приходилось срывать с себя её ошмётки. Кираса раскалилась. Шлем тоже. Пришлось избавиться от них, обжигая руки. Однако из-за накачки магической энергией мои раны быстро заживали.

Кое-как удалось разлепить глаза. Вокруг дым, пламя, потрескавшиеся камни мостовой. Большая часть моей одежды и снаряжения были уничтожены. Меч в руке покрылся копотью. Однако кое-что совсем не пострадало. Этим предметом оказался зачарованный кинжал дави-жарр, валявшийся в лохмотьях догорающей одежды. Он, кажется, выглядел даже лучше чем прежде. Чистый, острый, блестящий. Колдовские руны на нём сверкали.

Я подобрал кинжал и с большим трудом побрёл вперёд, плохо разбирая в дыму дорогу. Каждое движение давалось с огромным усилием. Внутри меня словно бушевала буря. Сил было много, но вот нервная система как следует не справлялась. Меня колотила дрожь, руки и ноги плохо слушались.

Макс? Вряд ли он спасся. Мы оба оказались в эпицентре попадания снаряда адской пушки. Однако скорбь сейчас была для меня недопустимой роскошью.

“Ты справишься, теплокровный. Я укрепил насколько возможно твою защиту и вскоре полный контроль над телом вернётся”.

Мне одновременно очень не повезло и невероятно повезло. Попади в меня снаряд из другого орудия, на этом мой героический путь бы окончился. Однако адская пушка стреляла энергией варпа. Даже как таковые ядра в них, кажется, не использовались. Сплошное колдовство. Я, конечно, умер бы от ожогов, но впитал достаточно ветров магии, чтобы постоянно регенерировать.

Шаг, ещё шаг, ещё один!

Шевели копытами, Юрген. Этот город не спасти, но у меня ещё остаются шансы. И вдруг…

Да чтобы Нургл сел на вас грязной жопой!

Впрочем, те кто оказался на моём пути, вряд ли возражали бы против такого поступка великого помойного дедушки. По узкой улице я вышел прямо на железную стену избранных Хаоса.

Попадание снаряда адской пушки швырнуло меня на камни. Я потерял все чувства и ощущение направления. Сам того не заметив развернулся, а потом попытался спастись, следуя в обратном направлении. Вот и встретились мне старые знакомые.

Во главе отряда избранных шагал тот самый чародей Хаоса, что ещё недавно штурмовал мой редут. В одной руке меч, а в другой металлический посох, увенчанный восьмиконечной звездой Темных Богов. Забрало рогатого шлема зияло множеством дыр, сквозь которые это чудище смотрело на окружающий мир.

Я понял, что настал мой смертный час. Даже убежать не смогу. Ноги пока ещё не слушаются. Однако я вспомнил, как остался прикрывать наш отход огненный магистр. Вспомнил как звучал за спиной его выкрик “Акши”. Если уж уходить, то только так.

Выставив перед собой меч и кинжал, я попытался набрать воздуха, чтобы издать боевой клич. Это получалось хреново. Слишком уж меня ещё трясло.

Хаоситский колдун приблизился ко мне первым. Отлично. Убивать колдунов это прямо-таки моя специальность. Чародей со всей дури вонзил свой металлический посох в трещину камней мостовой. Вероятно, освобождает обе руки для фехтования. Ничего. Ну давай потанцуем, сволочь!

Он потянулся ко мне освободившейся ладонью. Я попытался увернуться, но хаосит успел схватить меня за плечо и…

Странно, очень странно.

Чародей не попытался меня убить, например, вонзив клинок в живот. Он, действуя на удивление аккуратно для огромного безумца, закованного в броню, развернул меня. Просто-напросто повернул лицом в другую сторону. Затем я услышал его необычно спокойный, булькающий голос:

– Туда, малявка… Туда воюй. Ну же… Иди.

Он подтолкнул меня вперёд, словно хозяин, который пытается вывести на прогулку чересчур упрямого пса-домоседа. Я сначала не понял, а потом как понял!

“Туда воюй!” – мысленно усмехнулся я, ковыляя прочь.

Ну конечно! Я же сейчас совершенно не похож на имперского солдата. Кого увидел перед собой этот чародей? Чумазого, покрытого гарью безумца в лохмотьях с почерневшим мечом в одной руке и колдовским кинжалом в другой. Он вполне логично посчитал, что я один из культистов или каких-то других еретиков, случайно попавший в пожар. Вот добрый дядюшка нурглит и попытался вразумить поехавшего союзника. Мол не туда воюешь, малец.

С каждым шагом идти удавалось всё бодрее. Дрожь постепенно унялась. Я снова обрёл контроль над своим телом. С шага перешел на бег трусцой.

Жаль Макса, жаль всех сгинувших сегодня, но у меня есть ещё шансы покинуть гибнущий город.