Луций Корнелий

Ваха. Двадцать Девятая Глава

Added 2025-07-18 17:29:25 +0000 UTC

Медвежий облик окончательно сошёл с шаманки. На земле около мёртвого гнома Хаоса оказалась женщина лет тридцати. В спутанных каштановых волосах можно было заметить длинную седую прядь. Одежда её представляла смесь звериных шкур и грубой ткани, богато украшенную клыками хищников.

Однако времени разглядывать чародейку у меня не было. Запястье правой руки адски болело. Гном помер, но его закованные в броню пальцы по-прежнему стальной хваткой цеплялись за меня. Надо было скорее избавиться от рукопожатия мертвеца и поглотить ярость для исцеления ран.

Одновременно с этим я очень беспокоился за Лиандру. Дави-жарр попал ей в район живота или даже солнечного сплетения. Очень надеюсь, что воительница дотянет до лагеря, где ей смогут оказать квалифицированную помощь. Эльфийка несколько раз спасала меня. Даже если отодвинуть в сторону эмоции, она могла стать надежным союзником на моём нелёгком пути и терять её не хотелось.

Я попробовал разжать пальцы гнома своими. Бесполезно. Будто пытаюсь отогнуть металлические прутья. Тогда свободной левой рукой я вынул из глазницы дави-жарр окровавленный кинжал, попытавшись им подцепить или подрезать пальцы упрямого мертвеца. Это тоже оказалось непросто. Дави-жарр носил пластинчатые перчатки, стыки которых были укреплены какой-то очень плотной кожей.

В нос ударил запах дыма. Похоже, от огненных снарядов дави-жарр, которыми он бил по егерям, загорелись дома.

Я дёрнул свою правую руку из хватки гнома. Сломанные кости тут же посоветовали мне больше так не делать.

– Должны найти её… – пробормотала шаманка, чей взор бесцельно блуждал. – Детёныш. Должна найти…

– Фрау Марта! – раздался рядом громкий мужской голос.

К нам спешили уцелевшие местные жители. Это было очень кстати.

– Помогите мне и ей! – призвал или даже потребовал я, указывая на Лиандру, а затем добавил. – И ещё ищите кто-нибудь раненых егерей! Они могли выжить.

Мне на помощь пришли невысокий рябой мужчина и полноватая женщина.

“Поспеши, теплокровный”, – наставлял Лоом-Пиа. – “Кровавая чаша сейчас начнёт опустошаться. Потребно освободить руку до лечения, чтобы кости правильно срослись”.

С помощью местных жителей, Сигмара и такой-то матери мне удалось высвободить руку. Сразу поглотив ярость, я ощутил как боль утихает. Тут же посмотрел в сторону Лиандры. Эльфийка была чрезвычайно бледна, но находилась в сознании. Две перепуганные женщины пытались оказать ей первую помощь, зажимая рану в левой части живота. Было заметно, что остроухая часто и поверхностно дышит.

Я подскочил к шаманке, которую местные подняли на ноги. Трое мужчин поддерживали её, не давая колдунье упасть.

– Вы умеете лечить раны? Моей подруге нужна помощь!

– Детёныш. Должна найти… – повторила шаманка, похоже находясь не в адеквате.

Она тоже была бледна, а в краешках глаз проявилась кровь. Также красная струйка потекла из носа. В этом бою мы все конкретно огребли.

– Детёныш… – шаманка указала на храм Сигмара, откуда вышел дави-жарр. – Спаси детеныша…

За кого она так беспокоится? За своего питомца?

– Ладно, – с раздражением бросил я. – Поищу сейчас твоего детёныша, но ты должна вылечить мою подругу.

Я устремился в храм, перед этим подобрав одну из хобгоблинских сабель. Мой верный клинок чёртов гном буквально обгрыз. Наконечник был откушен, а вокруг места поломки неровными каплями застыл недавно оплавленный металл.

Чужая сабля ощущалась в руке неудобным, даже инородным предметом. Сжав покрепче рукоятку, я зашёл в полумрак осквернённого храма. Пахло кровью, гарью и железом. Ряды скамеек, на которых раньше сидели прихожане, были порублены на дрова, сваленные в углу кучей с множеством торчащих острых обломков. Алтарь Сигмара был расколот. Из его фрагментов сложили подобие огромного кузнечного горна, внутри которого багровым заревом пульсировали угли. На стене за этим устройством кровью был начертан контур головы быка. Похоже, дави-жарр собирался принести жертву своему темному божеству. Если память мне не изменяет, гномы Хаоса поклоняются не Великой Четвёрке, а Хашуту. Богу с головой быка, который олицетворяет прогресс без сострадания, алчное потребление и бесконечную жадность.

Рядом с горном я обнаружил жертв, предназначенных на заклание. Трое крепко связанных, насмерть перепуганных подростков и молодая девушка чуть постарше их, находившаяся в подобии транса. Она сидела, прислонённая к стене. Руки связаны за спиной, глаза закатились, так что зрачки практически не видны. На загорелых щеках нездоровый румянец как от лихорадки.

Одежда девушки отличалась от того, что носили местные. Грубая ткань, звериные шкуры и множество амулетов. Светло-каштановые волосы стягивал медный обруч, украшенный крупными каплями янтаря. Детёныш? Значит речь шла не о животном. Это дочь шаманки или её ученица.

– Все хорошо, – обратился я к отчаянно мычащим сквозь кляпы подросткам. – Злой карлик помер. Скоро придут ваши родители, а я здесь за ней.

Бросив так и не пригодившуюся саблю на пол, поднял девушку на руки. Кости правого запястья срослись, но ещё неприятно ныли при нагрузке. Девушка мелко дрожала на моих руках. Не знаю, чем дави-жарр её накачал или какие чары применил. Он похожие хотел её как-то по хитрому ритуально умертвить. Возможно, за принесение в жертву одарённого магией человека, Хашут бы накинул бы ему бонусных баллов злодейства и прислал бы купон на новые крутые рога.

Я вынес девушку прочь из осквернённого храма. Старшая шаманка, едва стоявшая на ногах, потянулась к ней. Лицо и даже шея женщины к этому моменту уже были все в крови. Она текла из глаз, носа, ушей, даже словно бы сочилась сквозь кожу.

Опасаюсь, что квест от Ольгера Хока по передаче письма шаманке скоро будет автоматически отменён за отсутствие адресата в мире живых.

Волшебница Янтарного Ордена дрожащими руками сняла с пояса небольшую фляжку, украшенную узором сложных знаков. Шаманка подошла к ученице, которую я держал на руках, и влила в приоткрытый рот девушки несколько капель зелья, одновременно что-то приговаривая. Чёрт. Мне лучше им не мешать. А то ещё заблокирую своим присутствием магию шаманки.

Я поспешил положить девушку на землю. Шаманка склонилась над ней. Капли крови с лица женщины падали на лоб и щёки её подопечной.

– Хелена… – ласково прошептала она. – Хель. Детёныш мой заблудший. Просыпайся. Надо просыпаться.

Девушка вздрогнула и взор её медленно прояснился. Зелёные глаза посмотрели сначала на небо, затем на меня, а потом обратились к ужасному кровоточащему лицу шаманки.

– Н-наставница… – пролепетала девушка.

Её глаза расширились от ужаса и наполнились слезами. Она начала быстро подниматься, приговаривая:

– Я сейчас вам помогу! Ничего не говорите! Берегите силы, прошу вас.

Девушка подняла над наставницей руки, начав что-то шептать. Между пальцев заплясали золотистые огоньки. Однако шаманка, жутко улыбнувшись, дёрганным движением руки, отстранилась и сказала:

– Поздно, Хель. Я слишком много взяла в долг у природы. Теперь Гур взыщет с меня. Я уже несколько раз умерла в форме медведя. Мою человеческую жизнь уже не спасти. Помоги остальным. Живи, детёныш мой. Однажды ты станешь лучше меня. Я знаю. Я видела это…

Шаманка закашлялась кровью, захрипела и начала задыхаться. Её лицо покрылось черной сеткой вздувшихся вен. На коже проступали трупные пятна, словно женщина была мертва уже очень давно.

Плачущая ученица что-то ещё пыталась сделать. Создавала и сплетала из золотистых искр фигуры.

“Останови ее”, – велел мне слаан. – “Жизнь наставницы уже не спасти. Она зачерпнула из ветров больше силы, чем способно выдержать это человеческое создание. Вливая магию в умирающую оболочку, молодая особь может погибнуть сама или обратить тело наставницы в безмозглого монстра, уязвимого к влиянию Разрушительных Сил”.

Ясно. Надо всего лишь помешать плачущей девушке пытаться спасти свою наставницу. Ох, чую это будет непросто.

Я подошёл к девушке, взяв ее за запястье, и произнес:

– Ей уже не помочь. Спаси тех, кто может выжить. Так хотела твоя учительница.

От моего прикосновения золотистые огоньки меж пальцев девушки погасли. Ученица шаманки отреагировала на моё вмешательство бешеным гневом.

– Отойди! – воскликнула она, выдергивая свою руку из моей ладони. – Я спасу её и только потом остальных!

По лицу девчонки текли слёзы. Сколько ей лет? 18, 17?

“Глупое создание”, – рассудил Лоом-Пиа.

“Полностью согласен, но сейчас нам нужна её помощь”.

Вокруг нас собиралась толпа выживших крестьян. Мужчины, женщины, плачущие дети. Все внимательно наблюдали за происходящей тут драмой.

Я схватил девчонку за плечи и развернул к себе:

– Хелена, да? Хель, ты должна помочь нам. Моя подруга ранена. Она может погибнуть, если ты не используешь магию. Мы пришли сюда вместе с твоей учительницей. Пришли спасти тебя.

– Я не просила мне помогать! Отпусти! – продолжала истерить мелкая магичка.

Ну что ж… Пришло время снова пизд#ть, господин Гиллиман.

– Ты не просила, – согласился я, а затем указал на мёртвое тело шаманки. – Она просила. Убедила нас пойти спасать тебя. Я посланник маркграфа Ольгера Хока. Должен был найти волшебницу из Янтарного Ордена и призвать её в армию провинции. Но твоя наставница сказала, что сначала надо помочь тебе. Что ты очень талантлива. Она обещала, что ты поможешь нам. Так помоги! Многие мои товарищи уже погибли, спасая тебя. Слышишь! Не дай погибнуть раненым.

Я врал, но врал логично и очень даже в тему. Ожидал, что она мне поверит. Однако недооценил глубину истерики юного дарования.

– Посланник маркграфа!? – переспросила она, пытаясь вырваться. – Какой-то мальчишка!? Отпусти меня! Если из-за тебя моя наставница умрёт, я разорву тебе горло!

И вот это тело мы спасали ценой человеческих потерь? Мне было плевать на девчонку, но придется заставить её помочь Лиандре.

– Я капитан отряда на службе маркграфа! – голос постарался сделать как можно более жёстче, подражая командным ноткам Макса. – Тронешь меня и я сломаю тебе руку. А теперь вылечи тех, кто проливал за тебя кровь. Быстро!

Я потащил ее в сторону Лиандры, а девчонка пытался отбиваться. Сил у меня было намного больше. Не зря столько раз поглощал ярость. Однако малявка оказалась отбитая напрочь. Она укусила меня за ладонь и попыталась расцарапать лицо. Удивительно. Со скавенским провидцем было договориться намного проще, а ведь он гигантская хаоситская крыса, сидящая на волшебной наркоте.

Несмотря на сопротивление, я подтащили бьющуюся в конвульсиях девчонку к Лиандре, которая лежала, слегка прикрыв глаза.

– Отпусти! Пусти меня, болван! Я не буду тебе подчиняться!

Отпустив Хель, указал на Лиандру. Девчонка смотрела на меня глазами, полными слёз и горящими от ярости. Она что-то ещё хотела сказать, но в скандал вмешались окружающие нас крестьяне:

– Помогите ей, госпожа Хелена, – просила полноватая женщина. – Она сражалась за нас и наших детей.

– Вылечи её, – поддерживали другие люди.

Почтенного вида старик в разорванной, но когда-то дорогой одежде, встал на колени перед капризной колдуньей.

– Таалом и Рией прошу вас, госпожа. Не откажите в помощи раненым.

Такой шквал обращений заставил девчонку наконец прекратить истерику. Она ещё пару раз шмыгнула носом и, уняв рыдания, склонилась над Лиандрой. Наконец-то!

Я отошёл подальше, чтобы не мешать колдовать. Золотистые искорки объяли тело эльфийки. Они порхали словно крошечные светлячки, особенно в большом количестве собираясь около места ранения.

Лиандра медленно открыла глаза. Её дыхание выровнялось. Фух, надеюсь, пронесло.

Тем временем местные жители подтащили к юной шаманке двоих раненых егерей. Третий, почти невредимый, сам приковырял. Он покачал головой, глядя на развернувшийся вокруг здец. Часть города уже охватило пламя. Чёрный дым поднимался к небесам, где смешивался с гарью от пожаров на полях около поселения.

Выживший егерь вздохнул, снял с пояса мёртвого лидера хобгоблинов его причудливую трубку и принялся забивать своим табаком.

Пока шаманка оказывал раненым помощь, я подошёл к трупу дави-жарр. Кровь хаосита уже успела свернуться и подсохнуть. Пасть открыта, демонстрируя острые зубы. Мёртвый гном напоминал жуткую статую. Я опустился, в поисках ценных предметов. Хотелось получить хоть какую-то компенсацию от монстра, потрепавшего мне столько нервов.

Огромный боевой топор едва ли сможет использовать человек или эльф. Но вот, скажем, огр… Можно прихватить эту штуку с собой для Магга.

Далее мой взгляд упал на пистоль и зачарованный кинжал.

“Что скажешь, Лоом-Пиа? Мы можем использовать зачарованные предметы?”

“Возьми его, теплокровный”.

Я поднял кривой, тяжёлый нож, покрытый рунной вязью. От лезвия исходил жар. Можно ли его положить в мешок или карман? На поясе его носить совершенно не хотелось. Боюсь, охотники на ведьм не оценят такую мою обновку.

“Забирай”, – повелел сланн. – “Эту вещь мы изучим позже”.

Я забрал нож, пистолет и то, что было у дави-жарр на поясе, включая увесистый кошель. Постарался сделать это всё как можно быстрее. Затем, подняв ещё одну хобгоблинскую саблю, принялся рубить голову грозному гному. Хочу принести её в лагерь с одной стороны как доказательство подвига, а с другой, чтобы Ольгер Хок оценил степень угрозы.

Процесс шёл тяжело. Плоть гнома, действительно, была заметно крепче чем обычное мясо. Уж не знаю - это особенность всей их расы или же уникальный дар Хаоса данного колдуна. Однако, как говорится, терпение и труд всё перетрут. Ну или перерубят в моём случае.

По итогам волшебный нож я замотал в ткань. Если она начнёт тлеть, придумаю ещё какой-нибудь способ носить его с собой.

Закончив сбор трофеев, я подошёл к старику, который был одет богаче всех.

– Вы глава этого поселения? – спросил я.

– Скорее этих руин, молодой человек, – горько ответил пожилой мужчина.

Пожар в городке набирал обороты, перекидываясь от дома к дому.

– Поселение - это прежде всего люди. Спасете их, получится отстроить остальное.

– Звучит складно. Ты… Вы дворянин?

– Наёмник. Вам нужно уходить отсюда. Это лишь небольшой отряд огромной орды. Вот он… – я указал на труп гнома. – Был колдуном.

– Мы заметили, юноша.

– Я о том, что он важная шишка. За него будут мстить.

Гномы вообще народ обидчивый. Едва ли их тёмная версия отличается меньшей злопамятностью. У этого колдуна, вероятно не самого сильного, должен быть покровитель.

– Фрау Хелена, – повернулся старик к юной шаманке, которая заканчивала лечение егерей. – Вы поможете нам пройти через лес?

Девушка посмотрела на него красными от слёз глазами и молча кивнула.

– Хорошо. Берите всё самое необходимое плюс мне нужна пара человек, чтобы захватить с собой этот топор и несколько трупов хобгоблинов.

Никто из деревенских не стал оспаривать мою власть. Они быстро принялись собираться для эвакуации.

Я подошёл к Лиандре, подавая ей руку.

– Как ты?

– Мне лучше, – спокойной ответила она, поднимаясь с опорой на мою ладонь.

Её рука была холодной и слегка влажной. Слабость от потери крови. Однако остроухая уже вполне себе бодро шагала и ни на что не жаловалась.

Вскоре из горящего городка вышла скорбная процессия беженцев, несущих немногие пожитки. Раненые двигались, опираясь на плечи здоровых. Самых тяжёлых тащили на примитивных носилках из полотен ткани.

За эти месяцы в моей жизни прямо-таки вырисовываются повторяющиеся сюжеты: освобождение деревни от зеленокожих, путешествие с отрядом оборванцев, битва против колдуна. Однако на этот раз в знакомой схеме имелся новый элемент - крайне неприятная магичка. Обычно спасённые выражают некую степень благодарности или хотя бы подобно Адоре воспринимают меня как полезный актив. Хель же… Мде.

Пока мы ещё не зашли в лес, я вручил ей письмо от маркграфа, которое должен был отнести её учительнице. Девчонка обожгла меня взглядом полным дикой злобы и почти что прошипела:

– Не подходи ко мне… Больше никогда не прикасайся.

– Да с удовольствием, – ответил я. – Даже смотреть в твою сторону постараюсь как можно реже.

Очень надеюсь, что эта истеричка не создаст проблем в будущем. Не самая приятная девочка, однако хорошо, что нам удалось её спасти. Полноценную шаманку я не привел, но хоть ученицу для армии маркграфа раздобыл.

– Не держите на неё зла, молодой человек.

От моих мыслей меня отвлек тот самый глава городка.

– Не держу. Просто она создавала проблемы.

– Она спасла нас, когда пришли враги. Вышла из леса и напала на них. Если бы не колдун, то ей удалось бы защитить деревню.

Вот значит как было дело. Молодая чародейка, поддавшись эмоциям, рискует головой ради спасения простого люда. Благородно. Однако это вынуждает её наставницу пожертвовать собой. И если бы не мы, то её жертва оказалась бы напрасной.

“Не тревожься, теплокровный. Ты приемлемо справляешься”, – неожиданно похвалил меня призрачный гипножаб. – “Слуга Сил Разрушения, которого ты сразил, только начал свой путь постижения Ветров. Через несколько лет он был бы намного опаснее. Его задел развития был велик”.

Вот значит как. Тогда, возможно, всё это было не зря. Ещё один взмах крыла бабочки, который потенциально может изменить судьбу этого несчастного мира.