Луций Корнелий

Сто Тридцать Девятая Глава

Added 2025-07-14 20:26:57 +0000 UTC

ИНТЕРЛЮДИЯ. Соломон Рид.

Ночные смены уже давно вошли для Рида в привычку. Каждое утро Соломона начиналось с таблетки синтетического мелатонина пролонгированного действия. Каждый вечер со вдоха нейростимулятора. Такой цикл продолжался уже не первый год, однако было непривычно просыпаться в Вашингтоне после стольких лет в Найт-Сити.

Ему предоставили дом в приличном районе. За окнами очень редко звучали полицейские сирены и до сих пор ни разу не стреляли. Но эта тишина скорее давила на агента ФРУ чем позволяла нервам отдохнуть. Его, ещё недавно изгоя, с почестями приняли обратно на службу, улучшили хром, восстановили пенсионные накопления. Прямо-таки сказка. Новоамериканская мечта и торжество справедливости.

Однако Рид предпочёл бы остаться изгоем, чем возвращаться из-за предательства Соми. Соломон всегда знал, что у мирной жизни есть цена и кто-то должен её заплатить. Явные или тайные войны редко заканчиваются справедливо для всех. Он был не против стать тем, кто возложит на свои плечи груз ответственности, какой бы горькой она ни была. Но этого оказалось недостаточно.

Всё начиналось как очередной вечер с чашкой крепкого кофе. В окне догорал закат. С соседнего двора доносились звуки автоматической газонокосилки. Но обыденный ритуал прервал звонок с работы:

– Соломон, Привет. Надеюсь не разбудила. Можешь сегодня приехать пораньше?

– Привет, Барбара. Что-то срочное?

– Объект С. – Рид каждый раз чувствовал ноющую боль в сердце когда Соми так называли. – У неё снова был приступ.

– Когда?!

– Четыре часа назад. Сейчас её состояние стабилизировалось, но у нас по-прежнему возникают проблемы с коммуникацией. Мог бы ты подъехать? При тебе она ведёт себя спокойнее.

– Буду в течение получаса. И на будущее: если начинается приступ, сразу звони мне.

Брабра ещё что-то пыталась сказать, но Рид бросил трубку. Поставив недопитый кофе на тумбочку к ещё паре таких же кружек, шпион накинул куртку и поспешил к выходу из дома.

В конце XXI века искусство допросов имело множество нюансов. К знаниям психологии, медицины и умению причинять боль добавились навыки нетраннера. Иногда можно было просто скачать и дешифровать воспоминания. Особенно хорошо это работало если у объекта много профильного хрома. Никаких тебе пыток, слёз, психологического давления. Всё быстро и чисто.

У Сойки было не просто много хрома. В ней осталось мало живой плоти. Рид не мог отделаться от мысли, что Майерс воспринимает девушку уже не как личность, а скорее как дорогостоящую технику.

Авианосцы, панцеры, стратегические бомбардировщики, Сон Соми.

Казалось бы, при таком раскладе извлечение информации не должно было стать проблемой. Подключиться, скачать, расшифровать. Однако специалистов бюро ждал неприятный сюрприз. Сойка очень изменилась. Теперь уже сложно сказать сделала она это специально или же её исковеркали опасные путешествия по Сети. Один из топовых нетраннеров ФРУ описывал её внутренний мир как лабиринт, населенный безумными монстрами. При попытке извлечь из девушки данные был риск потерять кого-то из специалистов или необратимо навредить ей самой. Полностью лишиться всех данных.

Именно поэтому госпожа президент вернула в агентство Рида. Надеялась, что он сможет достучаться до крох человечности, которые ещё оставались в Соми. И Соломон пытался.

На своем Тортоне Мерримак MSL3 Рид добрался до неприметной заправочной станции. От неё каждый день стартовали грузовики якобы с мусором. Так доставляли оборудование и персонал на секретный комплекс “Эхо”. Как и его старший брат “Киносура” комплекс был назван в честь нимфы из древнегреческой мифологии. Некогда экспериментальный центр, сейчас превратившийся в тюрьму для самого важного заключённого НСША.

Рид припарковал свою машину около заправки и вошёл в обшарпанный ангар, где уже ждал очередной грузовик.

– Мистер Рид? Какой сюрприз! А вы сегодня что-то рано. – поприветствовал молодой мужчина в широком рабочем комбинезоне, закатывающий в кузов грузовика тележку с крупными контейнерами.

– И тебе привет, Эндрю. Что за поставка на этот раз?

– Деки, многоядерные процессоры, предохранители. Последние дни эти штуки на “Эхо” как будто едят.

– Скорее жгут, – ответил Рид, поднимаясь в кузов грузовика.

Эндрю последовал за ним, с явным усилием пытаясь вкатить тележку.

– Давай помогу, – Рид взялся за противоположный конец и потянул груз на себя. – Да сколько эта штука весит!? – удивился агент.

Два контейнера с оборудованием ощущались как целая тонна груза.

– Там точно серверное оборудование? – спросил Соломон.

– По накладной так, – ответил Эндрю, закатывая тележку вглубь грузовика.

– Давай-ка откроем и посмотрим, – предложил Рид.

– Да зачем? – нахмурился сотрудник логистики. – Все контейнеры должны доходить до комплекса опечатанными. Такие у меня инструкции, Соломон. Не хотелось бы получать нагоняй просто так.

– Ответственность я беру на себя. Давай всё-таки заглянем. Ты выполняешь приказ старшего офицера и никаких претензий к тебе быть не должно.

Эндрю медлил. На его лице отражалась нерешительность вроде бы вполне логичная для такой ситуации. Однако что-то в происходящем Рида настораживало. После инцидента во Владивостоке ФРУшник проявлял особенное внимание ко всему сколько-либо странному.

– Открой, – уже строго потребовал Рид.

Его рука незаметно потянулась к электромагнитному пистолету.

“Три”, – мысленно начал отсчет Соломон.

Для себя он уже решил, что если насчёт “раз” Эндрю не откроет контейнер, то Рид откроет по нему огонь. Сначала левое колено, затем правая рука. И лучше как можно скорее активировать Сандевистан. Учитывая какие чудовища пытались захватить Сойку во Владивостоке, нельзя давать потенциальному противнику ни единого шанса.

“Два”.

Рид лично знал нескольких парней, погибших во Владивостоке. Настоящие профи. И ловушка там была подготовлена вполне надёжная. Однако враг оказался куда опаснее, чем это можно было представить.

На лице Эндрю возникла неловкая улыбка. В момент, когда Рид уже собирался выхватить пистолет, парень положил руки на крышку ближайшего контейнера.

– Ладно, Соломон, – явно нервничая вздохнул он. – Только Богом тебя прошу, напиши или позвони Долорес. Она же меня за яйца подвесит за любую царапинку на оборудование.

Крышка контейнера щелкнула и отъехала в сторону. Внутри, действительно оказалось оборудование, но рядом с нетраннерским железом можно было заметить тяжелые катушки медной проволоки. Теперь было ясно, что придавало контейнерам такой вес.

– Вашу ж мать! – вырвалось у Эндрю. – Какой дегенерат положил это вместе? Оборудование за дохрелион эдди и кусок сука проволоки!

Рид опустил руку коснувшись прохладной поверхности медной катушки. Затем поближе осмотрел оборудование. Вроде всё было в порядке. Хотя возникло какое-то неприятное ощущение в районе глазного нерва. Рид несколько раз моргнул и отдал имплантам безмолвный приказ на перезапуск драйверов оптики.

– Соломон, ты в порядке? Нам уже пора ехать, – напомнил Эндрю.

– Да. Конечно.

Эндрю закрыл крышку загрузил в кузов остальные контейнеры. Уже вскоре грузовик тронулся, управляемый автопилотом. Рид перекинулся с Эндрю ещё парой слов. Задал несколько наводящих и даже провокационных вопросов: про работу, начальство, семью. Парень реагировал вполне ожидаемо. Нигде не ошибся.

Минут за сорок грузовик, петляя по пустой дороге, довёз их до мусороперерабатывающего завода, служившего прикрытием для комплекса “Эхо”. Снаружи у шлагбаума дежурили лишь несколько охранников, однако на самом деле секретную базу сторожила целая армия, включая панцеры, боевые вертолеты и ударные ави. Техника была рассредоточена в радиусе 50 км от комплекса.

Внешняя охрана пропустила грузовик. Он заехал в недра обшарпанного здания с множеством потрескавшихся окон из мутного толстого стекла. Внутри было практически пусто, если не считать станков и конвейера. Грузовик заехал на скрытую в полу панель, вскоре начав медленно опускаться вниз. По пути их неоднократно сканировали разными методами.

Под полом в круглом просторном помещении ждал первый настоящий пост охраны. Десять человек в комплектах СИЗ последнего поколения. Три пулеметчика, включая одного в бетонном ДОТе, два снайпера, пять стрелков, штурмовые винтовки которых были оснащены подствольными гранатометами. Таким отпядом можно укрепы брать.

У половины бойцов были желто красные повязки на рукавах. Маркер отсутствия стандартного хрома. По распоряжению Майерс для охраны “Эхо” был сформирован особый отряд. Им заменяли хром биомодами. Убирали Санди, оптику, даже простые бытовые импланты. Этих морпехов остальные в шутку называли “буддистами”. Впрочем, шутить персоналу комплексов в последние дни хотелось всё меньше. До многих дошли слухи о бойне во Владивостоке.

Охрана проверила документы, несмотря на то, что и Рида, и Эндрю здесь знали в лицо.

– Эй, а почему мне не удаётся вызвать платформу для груза? – удивился логист.

– Больше никаких автоматических платформ, – ответил ему пулемётчик. – Всё будешь таскать ручками, приятель.

– Автоматические платформы теперь заменили на управляемые вручную погрузчики, – пояснил старший в смене.

– Вау, – хмыкнул Эндрю. – сначала ставят эти пещерные телефоны на проводах, убирают камеры, автомат с кофе. Теперь и до погрузчиков добрались. Смотрите парни, как бы вас не вооружили дубинками и копьями.

Не дожидаясь пока логист погрузится, Рид углубился в коридоры комплекса. Тут и там попадались следы демонтированной техники. Торчащие из стен провода, пустые крепления для камер, очертания торговых автоматов и автоматических кулеров на полу. Из комплекса убирали все, что могло потенциально взаимодействовать с сетью.

Зато между этажами установили древние проводные телефоны. Самые примитивные из возможных. Кроме того теперь на некоторых стенах появились кнопки или рычаги тревоги. Их активация запускала обычный звуковой сигнал. Никаких сообщений через локальную сеть. Просто громкая сирена. Прямо таки Двадцатый Век.

Спустившись по лестнице, так как из лифтов сейчас работал только грузовой, Рид натолкнулся на ещё один пост охраны. Трое морпехов сторожили ранее автоматическую дверь. Теперь всё открывалась и закрывалась вручную. Мощные механические замки Пришлось сделать на заказ.

Спустившись ещё на четыре этажа вниз мимо складских помещений и переговорных, Рид снова встретился с Эндрю, который как раз выезжал из грузового лифта на здоровенном погрузчике.

– И снова здравствуйте, мистер Рид, – бодро объявил парень.

Несколько минут они двигались вместе, а затем Эндрю начал парковаться на отведенной площадке. Рид в одиночку продолжил путь. Его шаги гулко разносились по пустому коридору и вдруг сзади донесся топот. Рид резко обернулся, положив руку на пистолет. Это снова был Эндрю. Он лыбился и махал шпиону рукой.

– Можно с вами, Соломон? – спросил логист. – Хочу поговорить с Долорес насчёт вскрытого контейнера.

– Ладно. Попробуем.

И снова они шли вместе. Комплекс казался практически вымершим, если не считать охранников, а также рабочих в спешном порядке усиливающих изоляцию нижних уровней. Где-то там внизу под тоннами бетона и стали томилась бывшая ученица Соломона.

Спустя ещё два лестничных пролёта Рид достиг контрольного пункта, ведущего на территорию особого допуска. Четверо морпехов, двое из которых с повязками, преградили путь. Соломон показал удостоверение, однако охрана не спешила расходиться. Они даже плотнее сомкнули ряды.

– Проходит только агент Рид, – произнес один из морпехов. – У остальных нет допуска в эту зону.

– Да ладно, Марк. Мне всего-то надо сказать пару слов Долорес, пока она не влепила мне выговор или что похуже. Ты ж меня…

– Никаких исключений, – строго отрезал охранник. – Объект со вчерашнего вечера переведён на режим повышенных мер безопасности. За любой косяк нас отымеют так, что месяц сидеть не сможем.

– Так и я о том же парни! – не унимался Эндрю. – Агент Рид вскрыл один из моих опечатанных контейнеров. Мне надо доложиться. ..

– Я сам все передам Долорес, – ответил ему Рид, положив парню руку на плечо. – Иди по своими делам.

Соломон уже повернулся, как сзади раздался голос Эндрю, интонации которого странным образом изменились:

– Сука, а я ведь хотел пройти ещё дальше.

Риду понадобилось чуть меньше секунды, чтобы понять всю суть происходящего. Шпион резко обернулся, выхватывая электромагнитный пистолет. “Пария”. Слово, обозначающая касту неприкасаемых. Отверженных, которые платят своими страданиями за чужое благополучие.

Благодаря уникальным модификациям пистолет стрелял практически бесшумно.

Керезников включен и три пули с сердечником из вольфрама, способные пробить самую толстую броню, отправились в полёт. “Эндрю” пытался сместиться с линии огня, но Рид предугадал его движение. Лишь одна из пуль пролетела мимо. Две другие смяли укреплённый череп противника. Рид нажимал на спусковой крючок снова и снова. Фигура врага корчилась от попаданий. Со спины раздались выстрелы морпехов, а затем… крики.

Не до конца понимая, что происходит Рид, оборачиваясь, метнулся к стене. Из четверых морпехов двое были мертвы. Головы срублены напрочь. Фонтаны крови били из оседающих на пол тел.

– У него маскировка! – крикнул один из выживших морпехов с повязкой. – Ушёл дальше! Мики, тревогу!

Рид бросил взгляд назад. Там, где только что Соломон расстреливал “Эндрю”, никого не было. Лишь следы от пуль на полу, но никакой крови.

“Чертовщина…”

– Линия обрезана! – сообщил один из выживших морпехов. – Гранату сюда! Он где-то…

Грянул взрыв. Противник использовал гранату раньше чем морпехи. Рид увидел смазанный силуэт. Едва заметные колебания воздуха, создаваемые оптической маскировкой. Силуэт метнулся добивать раненых взрывом морпехов. Рид активировал Сандевистан и тут…

Белая пелена полностью закрыла зрение агента на несколько секунд. В замедленном времени Рид мог лишь слышать растянутые крики охранников комплекса. Их мрачное эхо разносилось по коридорам, а затем наступила тишина.

Соломон Рид был уверен, что настал его смертный час. Сердце бешено колотилось, ожидая рокового удара. В голове агента промелькнула мысль, что мир начал меняться слишком быстро. Соломон Рид проиграл эту гонку. Возможно, её проиграло всё НСША. Судя по отчётам из Владивостока противник использовал мономолекулярный клинок. Это должна быть быстрая смерть. Однако вместо фатального касания идеального лезвия Соломон ощутил сетевую атаку. Его руки и ноги словно одеревенели, а затем полностью потеряли чувствительность.

Когда белое марево перед глазами рассеялось, Рид понял, что лежит на полу. Противник стоял над ним, уже полностью изменив свой внешность. Он забрал у Эндрю лицо и голос, а также изучил его биографию. Подробные операции команда Рида проводила неоднократно. Теперь против ФРУ использовали их собственное оружие. Риду даже стало интересно: враг похитил технологию лицевой панели или создал собственный аналог?

– Я надеялся с твоей помощью пройти еще дальше, но и так сойдет.

Лицо противника теперь закрывал сплошной зеркальный шлем, а голос был изменен каким-то имплантом. В левой руке он держал монокатану, а правая разложилась на клинок богомола. Рабочий комбез был частично разорван. Под ним оказалась высокотехнологичная броня с разгрузкой. Удивительно, но враг перемещался в ней практически бесшумно.

Специалист по ближнему бою с оптической маскировкой, которого прикрывает очень сильный нетраннер - так оценил противника Соломон Рид. Однако агент не мог понять каким образом врагу удавалось исчезать, оставляя после себя мираж и почему ему удалось пройти сканирование.

Клинок богомола в правой руке вторженца сложился. Он перекинул в неё катану и склонился над пока еще парализованным Ридом.

– Когда-то Сойка пыталась тебя убить, а теперь спасает. Я не стану тебя добивать. Не хочу расстраивать больную девушку, – из левой руки врага выдвинулась игла. – Один укол и ты проспишь все веселье. Когда мы закончим, очень советую уволиться. В Найт-Сити не хватает хороших вышибал. И да, спасибо за пушку.

Рид попытался дернуться, но игла уже вонзилась в его шею. Биомонитор не работал как следует и нейротоксин быстро распространялся по крови. Мрак окутал Соломона Рида.