Луций Корнелий

Ваха. Двадцать Восьмая Глава

Added 2025-07-13 18:23:09 +0000 UTC

Широкая фигура гнома Хаоса при каждом движении издавала бряцание металла. Тяжелая броня закрывала почти все тело существа, кроме уродливой и грозной физиономии. В саге о Ведьмаке от пана Сапковского для одного из первых описаний Лео Бонарта использовалась фраза: он был бы смешон, если бы не был страшен. Примерно такое впечатление производил этот закованный в металл коротышка. Несуразная бочкообразная фигура, карикатурно-злобная физиономия с огромным крючковатым носом. Прямо таки злодей из детской сказки. Однако я прекрасно понимал какой чудовищной силой обладает это существо и что его нельзя недооценивать.
Гном Хаоса держал в правой руке обоюдоострый топор выше его самого, а левую пока оставил свободной. На поясе у него висел тяжёлый кривой нож и грозного вида пистолет с широким стволом.
Словно по мановению волшебной палочки паникующие хобгоблины снова ринулись в бой с отчаянной яростью. Учитывая потери, их оставалось четырнадцать штук плюс десяток волков.
– Деритесь, жалкие твари! – голосом, похожим на гулкий звон металла под кузнечным молотом, повелел гном. – Подавить сопротивление! Втопчите их в пыль!
Надо было убить его как можно скорее. Смерть лидера окончательно сломит хобгоблинов.
Я ринулся к гному, готовясь нанести колющий в открытое лицо. Враг среагировал мгновенно. Взмах топора на чудовищной скорости пронесся мимо моего лица. Ходил гном медленно, а вот билл быстро. За доли секунды он взял топор обеими руками и взмахнул им дважды, наступая на меня.
Второй удар пришёлся по верхней кромке щита. Моя левая рука непроизвольно дернулась, пронзенная болью. Кажется, даже орки фигачили не так сильно.
– Ближе, слабак, – хрипло усмехнулся гном, скаля кривые зубы. – Я разрублю тебя вместе с твоей деревяшкой.
Он, вероятно, это сумеет, если буду слишком неосторожен. Я отступил назад, ища глазами Лиандру. Она уже была рядом. Присоединилась к бою с гномом. Также нам на помощь пришёл кто-то из егерей. Однако выпущенная им стрела не причинила бронированному врагу совершенно никакого вреда. Чернобородый хаосит лишь презрительно усмехнулся.
Лиандра попыталась достать его длинным уколом в лицо, но враг вскинул руки, снова защищаясь доспехом. Клинок эльфийки лишь высек искры из бронированного предплечья. Гном тут же ответил махом своего оружия, заставляя девушку держать дистанцию.
И как к нему подступиться? Слабых мест в обороне врага не наблюдалось.
Эльфийка отступила на несколько шагов, жестом предлагая мне сделать то же самое. Ага. Кажется я понял её замысел. Сейчас гном стоит спиной к сигмаритскому храму. Его тыл прикрыт. Если выманить его подальше, то можно попробовать обойти врага с тыла.
Гном криво оскалился и… не последовал за нами. Мол негоже ему господину ради каких-то там врагов пройти пару лишних шагов. Хаосит выпустил топор из обеих рук и как-то по-особенному поднял свободную левую. Вокруг металлической перчатки гнома вспыхнули тёмно-красные огоньки. Магия!
Мне вспомнились ворота поселения, расколотые неизвестной силой. Вот значит почему налётчики так легко взяли укрепления.
Теперь уже мне пришлось поспешить. Я бросился к Лиандре. Слава Сигмару, она сама знала о моей способности ослаблять колдовство и тоже двинулась ко мне. Очень вовремя. Поток огня и пепла накрыл нас. Невыносимо сухой воздух обжигал горло. Глаза слезились от налетевшего пепла, однако моя защита сработала. Раскаленный поток не обратил меня в кусок обугленного мяса, а только лишь подпалил щеки.
Когда пламя рассеялось, я заметил что ухмылка с лица хаосита исчезла. Её сменило выражение крайнего раздражения и злобы.
– Я не мог ошибиться… – прорычал гном. – Ты! Что у тебя за артефакт? Я заберу его с твоего трупа!
Хаос дварф посчитал, что меня защищает какой-то артефакт. Логично, но совершенно неверно. А голос гнома снова гремел, заглушая даже звуки боя:
– Сюда, зелёная плесень! Принесите мне их головы! Выполнять или лишитесь своих!
Множество хобгоблинов, которые ранее вели перестрелку с егерями, пытались добить медведя или резали местных жителей, тут же обратили свои мерзкие красные глазенки на нас. Хреново. Буквально секунда и полетят огненные стрелы.
Я отступил ещё на шаг назад, постоянно вертя головой в поисках угроз. Со всех сторон слышалось визгливое гиканье гоблы и рычание зверей. Волчьи всадники не атаковали нас в лоб, но кружили, пытаясь поразить выстрелом в спину.
Вспышка справа.
Я едва успел уклониться, от пролетевшей мимо огненной стрелы. Вторая с другой стороны должна была 100% поразить меня, но её плоскостью меча отбила Лиандра. Тут же прилетела третья, от которой уклонялась уже эльфийка. Стрелы, упав на землю, продолжали гореть. Черный удушливый дым застилал глаза. Сквозь него я видел довольное происходящим лицо гнома Хаоса, обнажившего острые зубы. Злорадный лик дави-жарр напоминал вырезанный из камня образ демона или темного божества.
– Убить их! – подначивал он своих приспешников. – Сломать кости, терзать плоть, вырвать глаза!
Стрелы летели со всех сторон. Лиандра едва успевала отбивать их, а я вертелся как волчок, стараясь уклоняться или закрываться щитом.
Впрочем, переключившись на меня, хобгоблины развязали руки нашим союзникам. И если местные жители в большинстве своём обратились в бегство, то четверо уцелевших егерей стреляли по волчьим всадникам. Раненый медведь, несмотря на десятки торчащих из шкуры стрел, ещё продолжал сражаться. Удар лапы с огромными когтями сбил подвернувшегося хобгоблина со спины волка, отправив приспешника дави-жарр в полёт метра на три.
Гном Хаоса заметил это. Понял, что привычная тактика хобгоблинов не работает и приказал:
– Вынимайте свои клинки, трусливые твари! Берите копья! Убейте остроухую и мальчишку с щитом! Остальных я уничтожу сам!
Вокруг левой руки дави-жарр снова вспыхнуло пламя. Гном создал пять раскаленных снарядов, которые, облетев меня стороной, направились туда, где засели выжившие егеря. Что-то грохнуло, вспыхнуло, но я уже никак не мог помочь этим людям.
Нас с Лиандрой накрыла зеленая волна насилия. Ранее предпочитавшие дальний бой волчьи всадники разом выхватили сабли и подняли зазубренные копья. Атаковать они старались со всех сторон. Куда ни глянь зубастые морды волков и их всадников.
Меня одновременно пытались убить четверо, включая лидера хобгоблинов. Остальных сдерживала Лиандра.
Копье в плечо, ещё одно нацелено в лицо, третье по корпусу пытается зайти за щит, сбоку рычащая пасть волка и лидер хобголинов, замахнувшийся саблей. Шансов на контратаку не было. Я припал на левое колено, чтобы максимально закрыться щитом от копий, одновременно мечом пытаясь блокировать удар саблей.
Лязг, рык и боль.
Удар саблей сквозь мой блок задел спину, одно из копий сорвало одежду и кожу с правого плеча, пройдясь по мне зазубренной частью. Но фатальных повреждений удалось избежать. Я рухнул на спину, а хобгоблины посчитали что со мной уже покончено. Волки бросились на меня, желая разорвать поверженную добычу. Только вот я ещё мог сопротивляться. Под укус первой же волчьей пасти подставил клинок лезвием и резанул хищника поперек пасти. Если серый переживет этот замес, то уже через пару месяцев сможет задавать другим животинам сокровенный вопрос: “Знаешь откуда у меня эти шрамы?”
Была мысль бросить щит и выхватить левой рукой кинжал, но один из волков навалился на меня сверху. Его тяжесть прижала щит к моему телу. Горячее влажное дыхание было у самого лица. Зубы щелкнули, но я успел поднять голову, подставляя под укус металл шлема. Огромный волк прижал меня к земле, однако и сам подставился. Моя правая рука была ещё относительно свободна. Я приставил острие меча к его брюху, вонзая клинок в плоть животного как можно глубже. Затем потянул оружие на себя. Волчара издал булькающе-тявкающий звук, когда его потроха вывалились из распоротого брюха.
Серый хищник завалился на бок и одновременно сверху на меня упала отрубленная голова хобгоблина. Это уже Лиандра постаралась.
Из четырех делений моей ярости были заполнены уже три. За хобгоблинов и их волков давали заметно больше чем за обычных зеленышей. Раны болели, но поглощать ярость было нельзя. Без неё не выжить в этой мясорубке.
Я перевернулся на бок и поднялся, опираясь на щит. Мне в лицо устремилось копье, но его отбил в сторону меч Лиандры. Очень вовремя. Я вскочил, тут же скрестив клинки с лидером гоблы. Подставил свой меч плашмя под его саблю. Постарался поймать вражеский клинок ближе к своей рукоятке. Только так можно поставить крепкий блок.
Попытался сбросить вражескую саблю в сторону и контратаковать. Целился врагу в морду, где зияла рана от кинжала Лианды. Мне помешал волк. Клыкастый скакун спас своего всадника, попытавшись укусить меня за голень.
Я закрыл ноги щитом, отступая назад. Хобгоблинский вожак был прямо передо мной. Оскалившись, ударил меня шипастым навершием сабли в лицо. Ярость погасила боль. Я вонзил клинок снизу вверх подмышку его левой руки. Там доспехи не защищали врага. Острие клинка глубоко вошло, прежде чем я его выдернул. На морде хобгоблина застыло выражение крайнего удивления. Моя атака сочетала в себе усиление от накопленной ярости и навыки, полученные от Макса.
Я уже хотел добить хобгоблина, но тот швырнул мне в лицо саблю и, сделав едва заметное движение корпусом, повелел своему волку прыгнуть назад. Через секунду главаря зеленышей уже след простыл. Страх немедленной смерти от моих рук пересилил страх перед наказанием от дави-жарр. Лидер хобгоблинов свалил.
Я надеялся, что остальные последуют его примеру, однако карающая длань гномов Хаоса сработала быстро и эффективно.
Дави-жарр сорвал со своего пояса кривой кинжал. На нём оранжево-огненным вспыхнули колдовские руны. Из клинка вытянулась дымно-пепельная плеть. Она за мгновение разрослась до приличной длины. Дави-жарр взмахнул клинком. Плеть устремилась за бегущим хобгоблином. Изогнувшись в воздухе, колдовской жгут сорвал труса с волка и притянул обратно к нам.
Дави-жарр попытался швырнуть хобгоблина в меня. Пришлось закрыться щитом и упереться. Удар чуть не сбил меня с ног. Остальные хобгоблины возвращались в бой. Их морды перекосило от смеси страха и злобы. Они с удовольствием бы сдристнули куда подальше, но дави-жарр им этого не позволит.
Я добил ошеломленного вожака ударом сверху в открывшуюся шею. Ещё больше ярости, а бой продолжал кипеть.
Пока я сбивал в сторону копье очередного волчьего всадника, стараясь в ответ рубануть его по голой руке, гномий колдун снова призывал пепельную плеть. Опять в меня швырялся. На этот раз снарядом послужил труп местного жителя. Колдун попытался ударить окровавленным телом мне в спину. Однако, увидев как он куда-то забрасывает пепельную плеть, я предугадал атаку. Шаг в сторону и труп падает мимо. Рядом валится ещё один волчий всадник.
Лиандра сражалась с несколькими противниками сразу, постоянно уменьшая их число. Трофейный полуторный меч порхал в её руках. Головы и фрагменты тел хобгоблинов летели во все стороны. Волки скулили, чувствуя превосходящего по силе противника. Выжившие пятеро хобгоблинов, казалось, побледнели. Их взгляды метались от Лиандры к гному-колдуну. Они пытались решить кого таки боятся больше.
Дави-жарр похоже взбесился от бесполезности своих приспешников. Решил, что все придется делать самому и достал последний козырь - жуткого вида пистоль с широким дулом в виде пасти демона. Гном Хаоса старался навести оружие на Лиандру. Та, несмотря на продолжающийся бой с гоблой, постоянно двигалась, смещаясь с линии огня. Гном нахмурил густые брови и…
Резким движением перевёл пистолет на меня. Я дернулся, пытаясь уклониться, но запаздывал. Настоящий столб пламени вырвался из дула. Я ждал жуткой боли и надеялся, спасти свою жизнь поглощением ярости, но в последнее мгновение меня заслонила Лиандра.
Вместе с грохотом выстрела раздался звон лопающейся стали. Эльфийка постаралась заслониться плоскостью меча, но металл не выдержал. Пуля расколола клинок у основания. Лиандра тоже была ранена. Она отшатнулась назад. По серой рубашке, которую она сейчас носила, расплывалось кровавое пятно. Дави-жарр расхохотался.
Однако несмотря на рану сдаваться мечница не собиралась. Она швырнула рукоятку сломанного полутора в морду ближайшему хобгоблину. Я тут же воспользовался моментом и, сделав шаг вперед, рубанул волчьего всадника по шее.
Лиандра достала из ножен одноручный меч. Она стояла с лицом полным боли и холодной ярости, левой рукой зажимая рану на животе. Положение наше было шатким, но тут на помощь пришёл ещё недобитый врагами медведь. Зверь весь был изранен. На шкуре практически не осталось живого места, но медведь продолжал сражаться вопреки всему. Лапами он сгреб волка убитого мной хобгоблина и прокусил голову серому хищнику.
Бой закипел с новой силой. Впрочем, это были уже последние конвульсии, ужасающей схватки. Большая часть бойцов с обеих сторон были убиты или тяжело ранены. Лишь проклятый дави-жарр стоял непоколебимой глыбой металла. Он с надменным выражением клыкастой морды наблюдал как мы добиваем гоблу. Потеря приспешников его ни капли не пугала.
Тремя ударами я прикончил вусмерть перепуганного хобгоблина, который сопротивлялся уже очень вяло. Его скакун бросился прочь. Это оказался последний волчий всадник.
Гном Хаоса окинул нас испепеляющим взглядом.
– Куски бесполезного мяса! – заявил он, повесив пистолет на пояс и беря топор обеими руками. – Тебе не победить, человечишка. Моя плоть - камень! Мои мускулы - сталь!
Лязгая доспехами, он пошел в мою сторону. Лиандра, бледнее обычного, пятилась назад и шептала:
– Уходи, уходи, уходит…
– Справимся! – возразил я и ринулся на дави-жарр.
Щит при этом отбросил. Уверен, гном Хаоса разрубит его с первого же удара. Единственная надежда была на скорость и реакцию. Все же моя кровавая чаша уже наполнилась до краев.
– Харррр! – зарычал бронированный хаосит, попытавшись достать меня длинным взмахом топора.
Я легко уклонился. Атаки гнома уже не казались такими молниеносными. Дави-жарр сделал ещё пару шагов вперёд. Причем каждый из них был словно бы одолжение с его стороны. На лице дави-жарр отразилось раздражение. Его бесило, что ему приходится гоняться за низшим существом.
Гном решил схитрить. Он размахнулся двумя руками, а затем разжал хватку правой. Таким способом дави-жарр пытался неожиданно для меня увеличить дистанцию атаки. Макс мне уже показал такие приколы с полутором. Я лишь усмехнулся.
Попробую для начала его разозлить. Возможно, удастся увести его прочь от Лиандры, чтобы она зашла врагу за спину.
Гном Хаоса продолжал неутомимо махать огромным топором. Страшное оружие со свистом рассекало воздух. Справа, слева, выше, ниже. Вдруг смелая идея пришла мне в голову. Рискованно, но могло сработать.
Я выставил клинок вперед, отслеживая каждое движение врага и отступая назад.
Справа, слева, выше, ниже…
Вот!
Дождавшись момента, когда дави-жарр пытался отрубить мне ноги я не отскочил назад, а прыгнул вперед. Топор просвистел прямо подо мной. Я же мощным колющим выпадом поразил врага в лицо. Победа?!
Вспышка радости сменилась глубоким отчаянием, когда я увидел…
Да какого хрена!? Гном Хаоса буквально зубами вцепился в мой клинок. Глаза чудовища горели от ярости. Изо рта сквозь сомкнутые клыки вырывались язычки пламени. Враг намертво схватился зубами за мой меч. Ни вытянуть обратно, ни добить. Надо было отскочить назад, если успею. Дави-жарр уже начинал новую атаку топором как…
Туша, истыканная стрелами навалилась на него, принимая удар топора. Медведь не смог повалить гнома Хаоса, но буквально накрыл его собой. Сковал движения жуткого воителя.
Я должен был этим воспользоваться. Отпустив меч, схватил с пояса кинжал. Тот самый клинок, что подарил мне безутешный отец, сына которого сожрали гоблины.
Бросившись к врагу, я вонзил кинжал в левый глаз гнома. Правый смотрел на меня с лютой злобой. Гном сомкнул челюсти, перекусывая мой меч. По его подбородку стекал расплавленный металл. Пламя вырывалось из клыкастой пасти.
Я ощутил как мою правую руку словно сдавило тисками. Гном схватил её своей левой. Даже несмотря на полную чашу ярости боль была ужасной. Этот монстр ломал кости моего запястья. Тогда я перехватить рукоятку кинжала левой и провернул клинок внутри.
Один раз, другой, снова и снова. Вращал кинжал в черепушке врага.
Я кромсал мозги проклятого гнома вместе с его ужасными замыслами и непомерными амбициями. Хаватка его руки на моей ослабла. Огонь более не вырывался из пасти. Монстр наконец-то издох.
Одновременно с этим туша медведя, так храбро сражавшегося на нашей стороне начала терять форму и распадаться. Клоки шерсти отлетали от него, обращаясь сухими листьями. Облако мельтешащей кутерьмы рассеивалось. На месте, где только что лежала туша медведя, осталась теперь женщина, закутанная в шкуры.
Кажется, мы нашли ту самую шаманку Янтарного Ордена. Точнее она нашла нас.