Луций Корнелий

Ваха. Двадцать Четвертая Глава

Added 2025-07-04 08:54:38 +0000 UTC

Маркграф Ольгер Хок смотрел на меня особого рода взглядом, которым пожившие своё и умудренные опытом люди смотрят на благонадежную молодёж, которая однако предлагает какую-то сомнительную дичь.

– Значит отряд, да? – задумчиво уточнил он.

Кабинет, в котором принимал нас Ольгер Хок едва ли соответствовал его высокому статусу. Это было небольшое плохо освещенное помещение в недрах одной из дозорных башен. Здесь пахло сыростью. Над старинного вида письменным столом висел портрет Карла Франца. Это, вероятно, была работа какого-то не особо талантливого художника из захолустья. Выражение лица императора крайне сложно поддавалось трактовке: то-ли это гневный взор, то-ли ему какую-то важную часть тела прищемило доспехами.

Маркграф сидел за столом вполоборота, скептически смотря то на меня, то на Маркуса Шлоссберга, то на Адору. В правой руке, затянутой в кожаную перчатку, аристократ держал договор о найме, который мы ему принесли. Этот документ составила по большей части Адора. Она же взяла для него пергамент у сестёр Шаллии и нашла кого-то с хорошим почерком для оформления текста.

– Юрген, фамилия не указана, записан как капитан. Маркус Шлоссберг из Виссенберга как знаменосец. Адора Гаук указана как казначей.

Я кивнул.

Со стороны мы, конечно, смотрелись не очень внушительно. Молодой парень, девушка чуть ли не младше и одноглазый старик. Совсем не те, кого представляешь при упоминании Псов Войны - наёмных рот этого мира.

Маркграф Хок вздохнул, а затем прикрыл рот перчаткой, скрывая икоту или отрыжку. На вид мужчине было далеко за пятьдесят. Он казался потрепанным жизнью, уставшим, однако в глазах его можно было заметить проблески цепкого разума и несгибаемой воли.

– Вот значит как мы поступим… – произнес Ольгер, похоже собираясь отказать нам, но в этот момент раздался настойчивый стук.

– Простите, Ваше графское высокородие, срочные известия! – донеслось из-за двери.

– Войди, – с обреченной интонацией, полной усталости, ответил Хок.

Это уже был третий визит его адъютантов со срочными новостями за последние минут десять. Похоже, за время отсутствия у маркграфа накопилось много дел.

В комнату вошел молодой человек с отличной военной выправкой.

– Ваше графское высокородие, пришел ответ из Барак-Варра!

– Так давай скорей сюда.

Ольгер отложил наш договор и протянул руку в перчатке. Адъютант передал ему металлический цилиндр, покрытый дварфийскими символами из бронзы. Гномы не скупились на оформление своих посланий. Впрочем, думаю, футляр следовало вернуть вместе с ответным письмом.

Пару минут Ольгер Хок изучал послание, а затем объявил:

– Так. Сейчас надиктую ответ, только…

Маркграф вспомнил о нашем существовании. Он глянул на меня и произнёс:

– Юрген, мне про тебя говорили жрица Аденауэр и храмовник Фойербах. Это хорошие рекомендации. Говорят ты славно бьешь морды по тавернам, а ещё завалил какую-то хаоситскую погань. Замечательно. Такие люди нам нужны. Но отряд? У кого-то из вас есть опыт строевой службы? Марши? Маневры? Имперская армия это не просто толпа. Каждый отряд должен слаженно работать с другими частями войска. У вас есть огр, эльфийка - хорошо. Я сейчас подыщу вам роту, капитан которой сможет найти применение вашим талантам.

В принципе, я был полностью согласен с макграфом. Возможно, меня определят в помощники к охотнику на ведьм и это далеко не худший вариант. Особенно, если я хочу научиться эффективно сражаться со всякой дрянью, использовать огнестрельное оружие, различные…

– Ваше графское высокородие! – Маркус Шлоссберг прервал мои мысли, обращаясь к Ольгеру. – Я и мои братья по вере томились ужасных застенках мерзкого врага, но он… – Маркус указал на меня. – …освободил нас вопреки всему. Я вижу в этом волю Молотодержца и божественное провидение. Прошу, Ваше графское высокородие! – старик бухнулся на колени с такой силой, что я беспокоился за сохранность его костей. – Не разделяйте наш отряд, что сама судьба…

– Довольно! – прервал его Ольгер. – Вера необходима Империи, но также ей необходим порядок. Ты понимаешь это Маркус Шлоссберг из Виссенберг? В моей армии сейчас четыре тысячи пятьсот шестьдесят один комбатант. По крайней мере, так было сегодня утром. И ещё шесть сотен…

– Простите, Ваше графское высокородие, очень срочные известия! – донеслось из-за двери вместе с громким стуком.

“Крайней неэффективное управление”, – заметил Лоом-Пиа. – “Низшие касты спорят с высшими. Весь поток информации сразу поступает лидеру войска, не давая ему сосредоточиться на, действительно, важных вещах”.

– Войди! – в это время раздраженно скомандовал Хок.

В комнату буквально ворвался новый адъютант. На его лице читалась паника.

– Ваше графское высокородие, там…

– Говори уже.

– С-северяне вторглись на территорию провинции.

– Что?! – Хок был явно поражен новостью, а недавняя его усталость сгинула, уступая место гневу и жажде деятельности. – Как?!

– В-враг обошёл нас через перевал Пасти Зимы, – ответил бледный посланник.

– А форт Золл?! – вопрошал маркграф, вскочив со стула.

– Комендант принял решение об эвакуации. Многие селения…

– Проклятье… – прорычал Хок, расхаживая по комнате, словно загнанный зверь. – Немедленно созвать всех командиров и жрецов! Вечером мы должны быть под стенами Фридрихсбурга. Завтра утром…

Блуждающий взгляд Хока остановился на нас. Маркграф нахмурился.

– Так вы, помойная рейксгвардия. Где была ваша бумажка?

Хок отложил письмо гномов, взял наш договор, быстро поставил на нем подпись и шлепнул печать с гербом провинции. Ну что ж… Можно поздравить себя с неожиданным приобретением командной должности. Уверен, Ольгеру просто сейчас не до нас. Проще и быстрее подписать контракт, чем разбирать наш вопрос подробнее. Враг уже даже не у ворот провинции, а вышиб их с ноги.

– Я пришлю вам человека, чтобы подтянуть строевую, – добавил Хок, передавая мне бумагу контракта. – Даст Сигмар на стенах или редуте сможете задержать врага. Иди готовь отряд к маршу, капитан Юрген фамилия не указана.

– Будет исполнено, ваше графское высокородие, – как можно более серьёзно ответил я.

У пути ученика охотника на ведьм были свои плюсы, однако приятно было остаться в уже привычной компании. Адора прописала договор так, что значительная плата предназначалась Маггу, которого записали как часть нашего подразделения. Увеличенное денежное обеспечения должна была получать и Лиандра, которая, впрочем, заявила, что служит только Королю-Фениксу и не считает себя связанной никакими другими обязательствами. Однако на вопрос: “согласна ли она брать имперские деньги?” эльфийка ответила положительно.

Вскоре мы снова оказались в военном лагере, по которому словно пожар распространялась лихорадочная суета. Солдаты, рыцари и слуги готовились к стремительному маршу.

– Условия очень выгодные, – хвасталась Адора. – Лучшее, на что было можно договориться. Мы получим снаряжение и палатки для проживания. В случае утери их стоимость, конечно, вычтут из гонорара, но это получится намного дешевле, чем закупаться сейчас самим. Торговцы дерут цены словно перед концом света.

– Хватит о вещах и деньгах, женщина! – потребовал Маркус. – Главное, что мы будем сражаться за Империю Сигмара! Встанем в одном ряду с жрецами Молотодержца, чтобы сокрушить воинство нечистое.

– Повар есть, но желательно найти ещё хирурга, – продолжала вещать о мирском Адора. – Рота у нас пока маленькая. Этот врач может быть не обязательно только нашим. Работать на несколько отрядов. Я научилась у сестёр оказывать только первую помощью. Сложные раны лучше доверять опытному хирургу.

– Вера и только лишь она защитит нас!

Эти двое были словно правое и левое полушария мозга. Впрочем, оба их таланта нам пригодятся. Главное, чтобы не посрались. А не пора ли капитану Юргену фамилия-не-указана отдать первые приказы?

– Адора, постарайся сегодня добыть нам снаряжение, – произнес я. – Маркус, люди должны быть готовы к маршу как можно скорее. Надо собрать все наши вещи.

Спорить со мной никто не стал. Приятно. Сам я тоже отправился к нашим палаткам. В животе ощущалась зияющая пустота. Надо было поскорее обрадовать Эрика, что он теперь официальный повар наемной роты и можно требовать снабжение из лагерной кухни.

– Люди Империи - добрейший народ во всем мире, – вскоре заявил мне Эрик, помешивая варево в котле. – Пробовал сегодня мясо из солдатской столовой и уверен, ни одно животное не пострадало при его заготовке. Все умерли от старости или тяжелой болезни.

Пока мы с Эриком у котла обсуждали кухонные вопросы, к нам подошёл чрезвычайно высокий, худой имперец в цветах провинции. На его груди тускло блестела кираса явно побывавшая во многих сражениях. Даже мой не самый опытный глаз мог заметить следы починки. Кузнец выправлял вмятины и заделывал мелкие пробоины. По центру кирасы крепился бронзовый молоточек на фоне гравировки двухвостой кометы.

При этом сам обладатель раритетной кирасы был достаточно молод. Едва ли на пару лет старше меня. Однако он казался крепким, опытным и закаленным. Вытянутое лицо украшали густые темно-каштановые бакенбарды. На голове лихо сидел черный берет с ярко-красным пером и несколькими значками.

Имперец с нескрываемым удивлением глядел на меня с высоты своего роста. Нахмурившись, он спросил:

– Капитан Юрген?

Я кивнул, а Эрик дополнил меня добродушной усмешкой:

– Его, действительно, зовут Юрген и он наш капитан. Не смотри на его молодые годы. Он уже успел совершить не один славный подвиг.

Имперец глянул на меня более пристально, словно бы очень хотел узреть во мне некие тайные признаки особой доблести, но пока их не замечал.

– Сержант Макс Кресс из Хаузера, – представился имперец. – Его графское высокородие Ольгер Хок отправил меня помочь капитану Юргену по строевым и дисциплинарным вопросам.

Макс. Почти тёзка, если вспоминать мое прошлое имя. Интересно, что свою фамилию и название населённого пункта он объявил так, будто это очень важно.

– Юрген, – представился я, протягивая руку.

Сержант сжал её так, что чуть не затрещали кости. Впрочем, я тоже не остался в долгу.

– Давайте взглянем на ваш отряд, капитан, – то-ли предложил, то-ли приказал он.

– Хорошо. Сейчас вызову знаменосца и проведем строевой смотр.

Спустя полчаса наше “могучее” воинство собралось почти в полном составе. 52 мужчины, 17 женщин, 69 бывших рабов, огр, полурослик и один очень грустный ослик.

Вооружение было весьма… пестрым. Сплошь трофеи. Короткие копья, арбалеты, несколько мечей, скавенские щиты и глефы, две аркебузы. Одеты в отобранную у цивильных хаоситов одежду пополам с лохмотьями. Но у нас реально было знамя! Тряпочка метр на полтора, закрепленная на самодельном флагштоке. По центру белого полотна не самые умелые руки нескольких рабынь коряво выткали молот Сигмара, который разбивал оковы, а также двух мёртвых крыс. Как бы символизм чудесного спасения из скавенского плена, выполненный в стиле рисунка ребенка, отстающего в развитии.

Макс несколько секунд молча смотрел на всё это великолепие, вероятно не зная как реагировать. Затем он нахмурил густые брови произнес:

– Теперь понятно, почему маркграф упомянул вас как “Помойную рейксгвардию”.

– Ну можт и помойная, но зато рейксгвардия, – порадовался Штефан.

– Разговорчики! – рявкнул сержант. – Сейчас говорим либо я, либо ваш капитан…

– И я еще могу! – добавил Магг.

– Эй! – обиделся Штефан. – Почему ему-то…

– Я огр, мне можно, – с довольным видом перебил его здоровяк и махнул нам, мол продолжайте.

– Да. И ему тоже можно, – нехотя согласился Макс. – Но остальные сжали, сука, зубы. Ясно!? У вас по спискам должен быть эльф. Где он?

Я пожал плечами и ответил честно:

– Где-то в горах или лесу. Занимается разведкой.

Такой ответ Макса удовлетворил. Он, вероятно, решил, что это я отправил Лиандру на разведку, а не то, что она просто шляется где ей вздумается.

– Сегодня до начала марша вы получите новое оружие. Часть копий пересадим на древки длиннее. Но вам нужны щиты, и нужно выкинуть эти ржавые каркалыги! – это он про скавенские глефы. – В какой обоссаной зверолюдской норе вы их нашли?

В очень глубокой и очень обоссаной, Майн Герр.

– И получится из вас тогда вспомогательная смешанная рота, – вздохнул Макс. – Ну что-то вроде того. Стрелки, копейщики, мечники, огр.

Закончив общий инструктаж, Макс подошел ко мне и спросил:

– Драться то из людей кто-то учился.

Я снова пожал плечами:

– Сражаться приходилось вот и вся наука.

Макс покачал головой с явным осуждением. Вероятно он испытывал сейчас испанский или в этом мире, наверное, надо сказать эсталийский стыд за армию Империи, которой приходится нанимать такие вот роты.

– Сегодня после марша у Фридрихсбурга попробуем с тобой потренироваться, – объявил он. – Потихоньку остальных тоже прогоню. Пойму кто из них на что способен.

Идея хорошая, но, боюсь, результаты Максу не очень понравятся. Ну пусть поднатаскает наш офигительный отряд.

После плотного обеда по мнению людей или лёгкого перекуса по мнению Магга, мы отправились получать новое снаряжение. Пока броню нам не выдавали. Только копья выше человеческого роста, плюс пересадили наши на более длинные древки. Также мы получили восемь потрепанного вида щитов с локтевым хватом.

Получается реально что-то типа смешанного отряда. Фронтлайн из щитовиков, немного стрелков и основная масса копейщиков.

Затем доблестная армия принялась маршировать. Это действо заняло кучу времени. Казалось бы, до Фридрихсбурга несколько часов пешком, но проблема была в пропускной способности дороги. Роты покидали лагерь поочерёдно. А ведь кроме пехоты были ещё обозные телеги и конница.

Пока часть армии ждала своей очереди, другие уже начали располагаться у Фридрихсбурга. Наконец настал наш черед. Мы, конечно, очень сильно выделялись на фоне других имперских подразделений. У тех была форма, музыканты, выправка. А у нас что?

Безусый капитан ведёт толпу недавних беженцев. Все бредут нестройно, чужая одежда сидит на людях плохо. Рядом шагает добродушный огр, очень подозрительно поглядывающий на обозных лошадей. Безносый полурослик громко рассуждает на тему достоинства колбас из разных провинций Империи. Иногда в лесу мелькает высокая фигура в тёмном плаще. Компашка странная и не внушающая доверия. Могу прекрасно понять офигивание сержанта Макса.

Тем более, оказалось, что он не просто так бравировал своей фамилией и родной деревней. Макс происходил из земель Ольгера Хока. Его семья относилась к потомственным солдатам. Отец, двое дядьев и множество их отпрысков сейчас находились на службе. Причем не только они. Хаузер регулярно давал провинции много хороших рекрутов. Этакое военное поселение, где детей чуть ли не с пеленок учат как правильно хреначить врагов Империи и рода людского. Такая подготовка обеспечила Максу стремительный карьерный рост. В двадцать два уже сержант.

И вот ближе к вечеру я снова узрел стены злополучного Фридрихсбурга. Впрочем, грех жаловаться. По итогам это скорее город пострадал от меня, а не наоборот.

Наш отряд остановился достаточно далеко от Фридрихсбурга, местность вокруг которого заняли роты авангарда и кавалерия. Мы же ютились на одной из ведущих к городу дорог. Однако в целом нас все устраивало. Недалеко от места нашей стоянки находился ручей, а лес вокруг обеспечивал дрова.

На одной из полян я вечером встретился с Максом тет-а-тет для того, чтобы протестить мои навыки.

Сержант принес с собой пару незаточенных мечей, покрытых множеством мелких царапин и сколов. Было ясно, что это тренировочное снаряжение без дела не лежало. Также мы взяли два типичных имперских пехотных щита с локтевым хватом. Я, конечно, уже привык пользоваться круглым кулачным, но стоит переучиться.

– Готов? – спросил Макс, беря щит и меч. – Шлем надень.

Сержант сейчас был без кирасы, но обзавелся железными наколенниками, шлемом и гульфиком. На последнем некий мастер выгравировал надпись - “Сюда не бить, сюда любить”.

– Ну посмотрим что умеет самый молодой капитан нашей армии, – ухмыльнулся Макс, раскручивая меч. – Не бить в лицо и в пах. До двух попаданий. Сбил с ног - победа. Начали!