MikhailSkr

Ремус РиксКот. Глава 55: Оплеуха по воображаемым сусалам Альбуса и весенняя кутерьма.

Added 2025-04-21 18:53:10 +0000 UTC

РиксКот_Глава_55__Оплеуха_по_воображаемым_сусалам_Альбуса_и_весенняя_кутерьма..docx

РиксКот_Глава_55__Оплеуха_по_воображаемым_сусалам_Альбуса_и_весенняя_кутерьма..fb2

Сидя на излюбленной лавочке напротив незамерзающего пруда и бросая лебедям взятый с собой хлеб Фламель прокручивал в памяти состоявшийся недавно разговор с Альбусом. Вызов посреди ночи от «ученика» застал французского долгожителя врасплох, но не в том смысле, что отвлёк от каких бы то важных дел. Отнюдь. Просто в условиях их не самых простых взаимоотношений подобное происшествие порождало массу вопросов. Возомнивший себя великим кукловодом мальчишка старался минимизировать свои контакты с ним. Для Николаса, конечно, не секрет, что британец сильно тяготился той степени влияния и власти, которую алхимик имел над ним. Данные по молодости лет наставнику жёсткие клятвы по сей день обременяли и докучали директору Хогвартса, служа напоминанием о юношеской горячности и глупости. Впрочем алхимика эти обстоятельства нисколечко не волновали. Таких кабальников как Альбус у него не перечесть. Четверть состава МКМ в вечных должниках и ещё впятеро больше по министерствам европейских государств раскидано. Смущало же разум Фламеля иное – первопричины возникшей у Дамблдора проблемы и его неспособность разобраться в подоплёке ситуации.

После просьбы о незамедлительной встрече и прибытия перепуганного ученика к нему в манор с мольбой о содействии, Николас с присущей ему любознательностью в постижении нового взялся за расследование интересного курьёза. Опрос и выяснение обстоятельств сподвигших англичанина покинуть остров, а также дальнейшее обследование потерпевшего вызывали у алхимика немое недоумение. Впервые за последнюю сотню лет он столкнулся с тем чего не мог понять. Даже приблизительного представления не удалось составить о подноготной приведшей к приближающемуся коллапсу, отправившего Альбуса в водоворот мучительных кар. Кто-то или что-то за пределами его осознания и доступных знаний, оперируя с хирургической точность концептуальными силами комплексно изъял из реальности информацию безупречно подчистив архив мироздания. Все данные объясняющие метод, коим до недавних пор Альбус обходил запреты возложенные на него магическими клятвами, куда-то бесследно запропастились.

По прошествии трёх часов безуспешно потраченных на битву с возникшим внештатным казусом, будучи не в силах самостоятельно разобраться с появившейся задачей, ему пришлось склонить голову перед филигранной работой проделанной в масштабах актуальной вселенной, признав своё поражение. Задачка оказалась ему не по зубам, но по правде говоря своей неудачей он расстроен не был. Во-первых, при его положении достаточно нелегко отыскать по-настоящему стоящее и могущее бросить вызов испытание. Поэтому вместо огорчения он наоборот воспрял, предвкушая затяжную исследовательскую деятельность. А во-вторых, постигший Дамблдора недуг заслуживал того, чтоб о нём стало известно господину.

Поступивший от архимага год назад приказ фиксировать, отслеживать и незамедлительно докладывать обо всех происходящих на континенте экстраординарных или необъяснимых эпизодах продолжал действовать по сей день. И он, как прилежный и добросовестный подчинённый, обязан оповестить Ануралиэля о загадочном происшествии.

Хоть повелитель выдал ему категоричный запрет на посещение Оловянных островов, настоятельно порекомендовав не обращать взор в сторону Британии, смутно обмолвившись, что это может быть чревато смертью, однако количество скопившихся мутных и сенсационных эпизодов случавшихся за проливом в короткий срок давно перевалило за критическую отметку. К тому же все эти странности так или иначе связаны с одно конкретной личностью. Что, опять-таки, крайне подозрительно. Новоиспечённый магистр за невеликий отрезок времени успел наделать знатного шороху, сформировав вокруг себя ореол парадоксальной загадочности.

**** Поместье РиксКот. Семейный завтрак. ****

Никакого умственного труда или мыслительного процесса за рамками физиологического наслаждения не проводилось. С чувством, с толком, с расстановкой предавался греху чревоугодия работая челюстно-лицевыми мышцами и пережёвывая пищу. Окружающий мир остался вне поля покрытия и интереса восприятия.

В текущей сетке координат присутствовали только я и еда на столе. Всё остальное воспринималось как незначительное, поэтому не учитывалось.

Основным блюдом у меня шёл приготовленный на сливочном масле воздушный омлет из пяти яиц с жареными вместе с луком грибами и зеленью. Вприкуску шла краюха духовитого, ещё теплого чесночного хлеба. И в дополнение, чтоб совсем хорошо, прилагался четырёхсотграммовый стейк с кровью и миска заправленного нерафинированным подсолнечным маслом салата из свежих сладких красных помидоров, огурцов и репчатого лука. Чёрный молотый перец с солью в этом гастрономическом овощном миксе разумеется также присутствовали.

Видя как я увлечён смакованием нехитрых яств и всеобъемлюще сосредоточен на растекающейся по языку богатой гамме разнообразных, но очень аппетитных и до одури соблазнительных вкусов, народ за столом вёл себя сообразно. Оттого семейный завтрак по негласному соглашению сторон проходил в относительном безмолвии. Во всяком случае меня не дёргали и в эпизодические дискуссии не вовлекали.

Состав разумных собравшихся за совместной утренней трапезой разбился на группки и пребывал в собственных эмпириях.

Сидящий напротив в противоположном конце стола отец, уже успевший споро расправиться с едой и выступавший точкой конденсации флюидов спокойствия с умиротворением, неспешно потягивал кенийский кофе, параллельно читая какие-то министерские документы принесенные с работы. Образчик форменного пергамента с отличительными водяными знаками о том ясно свидетельствовал. В общем, всё как обычно. Пусть и нехотя, через неприязнь, но без делопроизводства начальнику департамента и шагу не ступить. Поэтому уже с утра ему приходиться вникать в канцелярщину. Будучи человеком исповедующим железную дисциплину, Лайелл соблюдал строгий распорядка дня и жил по расписания, ведь для душевной гармонии ему потребно неукоснительно следовать режиму и своду правил.

Следующим объектом особенных психометрических флуктуаций являлась Белла. Мисс Блэк, успевшая освоиться с принятыми в нашей семье порядками где строгого соблюдения этикетного протокола придерживаться не требовалось, с поникшей головой уныло ковырялась в тарелке, гоняя вилкой по глянцевой поверхности фарфоровой посуды сырое брокколи и ферментированную фасоль. Диетическое меню по методичке Эрскина вызывало у мисс Блэк жуткое расстройство. Однако же деваться ей было некуда и приходилось есть то, что предписал мастер. Девушку в особенности назначенной терапии мы не посвящали, оставив в неведении о предназначении проходимого курса.

Далее по списку, но не по значению с долевым участием в палитре из которой состояла сложившаяся атмосфера шли дети. Сестрички с братишкой, как это по обыкновению бывало раньше, не галдели, а с бодрым энтузиазмом наворачивали сваренную на единоржьем молоке овсяную кашу приправленную кусочками экзотических фруктов из амазонского магического заповедника, дроблёными орехами и волшебным мёдом. Впрочем молчаливость и покладистость сорванцов никого не обманывала. Судя по плохо скрываемой торопливости и озорному блеску в глазах у мелких уже имелся план на предстоящий день. И, очевидно, это будет чем-то очень заманчиво-захватывающим.

Естественно, что вся «тайная» возня квартета затейников и их перестрелка нетерпеливыми взглядами не осталось незамеченной их матерями. Вот только Хелен с Урсулой пока не вмешивались и подозрительным поведением деток обеспокоены не были. Дамы продолжали тихим шёпотом и с ироническими комментариями обсуждать статью опубликованную несколько дней тому назад в магозоологическом журнале, в которой разбирался настораживающий инцидент исчезновения всей популяции гранианцев. Скандинавы и видные научные деятели мирового сообщества не на шутку переполошились, а норвежцы, так те вообще в тихой панике пребывали, ведь за подобными пассажами, как правило, всегда следуют локальные катаклизмы. Дыма-то без огня не бывает и без видимых веских причин с обжитых земель эндемики не срываются. Если же такое неординарное событие произошло, то как пить дать – жди скорой беды.

Зато мои жёнушкам всё было нипочём. Они не были заинтересованы в чём-либо кроме конкретных элементов присутствующих на столе. Всё их внимание заострилось на дегустации десертов, крупная партия которых была недавно получена из Багдада. Сластёны не замечая ничего вокруг самозабвенно уплетали представленные в широком ассортименте пахлаву, шербет, рахат-лукум и халву. Присланная на моё имя огромная партия кондитерских изделий являлась подарком Абу Джафара аль-Хазина, почтенного магистра нумерологии и главы гильдии звездочётов Ближнего Востока. К слову, этому дядечке уже за тысячу лет перевалило. Возвращаясь же к презенту и оказанному мне уважению коллегами по мистическому ремеслу с Ближнего Востока, то таким способом от лица всех волшебников аравийской пустыни маститый маг выразил мне искреннюю признательность и сердечную благодарность за спасение Земли. В прилагающемся к гостиницу сопроводительном письме в буквально смысле по самую макушку засыпали лестными эпитетами, вознося хвалу моим доблести и мужеству. Но более примечательным и несомненно ценным было то, что мне вручили бессрочное пригласительно со встроенным порт-ключом, позволяющее с неограниченной свитой и в любое удобное время нанести визит в центральную консерваторию и по совместительству академию магических искусств Арабского халифата, которая без всякой ложной скромности и преувеличения является самым одиозным, прогрессивным и продвинутым учреждение занимающимся познанием магии чисел. Чтоб вы понимали обоснование исполняемых моими эмоциями акробатических пируэтов, то тут необходимо раскрыть некоторые факты. Академия, куда меня приглашают, является последним сохранившимся и дошедшим до наших времён осколком наследия почившего Древнего Шумера, а обсерваторию, ставшую ядром притяжения, вокруг которого в последующем сформировался институт мистических искусств, основал и долгие годы курировал архимаг Набу, сын Мардука. Отсюда-то и вытекает светлый праздник воцарившийся в душе. Едва ли не чесотка от нетерпения ворваться в междуречье, чтоб заглянуть в библиотечные фонды старейшего на Земле научно-магического исследовательского института чей возраст перевалил за шесть тысяч лет.

Завершив завтрак и глянув на настенные часы, понимаю, что пора закругляться с посиделками и выдвигаться в Хогвартс. Но перед тем, как покинуть отчий дом предстояло сделать ещё кое-что.

— Беллатрикс, у меня к тебе ответственное поручение. Нужно как можно скорее наведаться к Вальбурге и передать вот эти бумаги. – Кладу перед Беллой тоненькую папку с собранной гоблинами информацией по первокурснику-оборотню. – И ещё попроси Леди Блэк действовать максимально оперативно. Времени в обрез. Если твоя тётушка промедлит, то Альбус опять выйдет сухим из воды.

С потерей феникса директор оказался в очень скользкой и щекотливой ситуации. Без «громоотвода» долго не протянет и это вынуждало Дамблдора к скоропалительному устранению всех детерминант выступающих причиной срабатывания механизма наказания в связи с несоблюдением взятых на себя магических обязательств. То есть сейчас директор должен быть занят приведением дел в порядок и устранением спусковых триггеров активирующих гейсы, ибо покуда существуют основания для откатов, спокойной жизни страдальцу не видать.

*********

— Как это понимать, Альбус?

Воспользовавшиеся камином и стремительно ворвавшиеся в кабинет директора Хогвартса три фурри, едва ли не с палочками наголо, обступив и взяв в кольцо директора, вперившись в мерзавца требовательными и уничижительными взглядами жаждали во чтобы то ни стало добиться внятных ответов.

Вальбурга, получившая утром через племянницу-курьера сведения от милорда о крамольной деятельности Дамблдора, после ознакомления с возмутительной информацией дёрнула за все подвластные рычаги влияния, дабы безотлагательно привлечь к ответственности самонадеянную мразь, посчитавшую, что ей всё дозволено. Созвав полный состав совета попечителей и введя их в курс немыслимого, параллельно дёрнув за ниточки в министерстве и согласовав совместное наступление, призвала всех неравнодушных, лично заинтересованных волшебников и инициировала экстренную проверку школы в связи с преступным нарушением администрацией непреложного пункта устава Хогвартса. Персонал учебного заведения в неукоснительном порядке обязан обеспечивать предельную безопасность вверенных ему под опеку учеников. Иначе бы никто и никогда не отпустил своих детей учиться в школе.

— Ввы о чём, дамы?

Нагрянувшие бестии изрядно напугали седобородого вызвав обильное потоотделение и присту позорного заикания. Он ещё не успел полностью восстановиться и отойти от последствий постигшей ночью напасти. Только находился в процессе излечения и попутного, поочерёдного устранение существующих акторов по чьей вине по нему било волшебным воздаянием. Оттого состояние имел неутешительное. Самочувствие до сих пор не нормализовалось и было тревожным. Переданный же Фламелем во временной пользование тёмный артефакт абсолютной защиты имел ограниченный запас прочности. Его заряда хватало всего на сутки и за отведенный срок требовалось разобраться с проблемой, чем он нынче занимался.

— Теренс Кроуфорд. Студент первого курса факультета гриффиндора, – с беспощадностью гробовщика, заколачивающего крышку гроба с покойником, лупила обличительными словами Гризельда Марчбэнкс. – Объяснись, как так вышло, что в школу приняли оборотня?

Аура стоявшей рядышком Августу опасно потрескивали и искрилась от запредельного напряжения. Учащийся на шестом курсе в Хогвартсе Фрэнк, единственный наследник рода Лонгботтом, был подвергнут угрозе и женщина была намерена спросить с ублюдка, допустившего риск становления её сыночка темной тварью.

А тем временем, покуда почтенные Леди давили на директора яростным напором своего паскудного настроения, в помещение не прекращал пребывать народ. Неслыханный прецедент, ставший возможным благодаря преступному попустительству Альбуса, понимания у публики не вызывал, спровоцировав жуткое негодование у должностных лиц.

— Ах это....

Отпираться тут уже не выйдет, впрочем на такой случай у директора были подготовлены соответствующие сопроводительные документы, которые если не полностью, то в значительной степени прикрывали задницу Альбуса. По крайней мере формально он оставался чист перед законом.

— Прошу.

И на обозрение разгневанным женщинам на стол легли официальные и имеющие юридическую силу постановления.

Первая бумажка выпущенная и заверенная Международной Конфедерацией Магов гласила об открытии гранта финансирующего организацию исследовательского проекта по оказанию помощи ликантропам в борьбе с проклятьем, а также их полноценной интеграции в социальную среду магического сообщества.

Вторым документом стала выписка из частной швейцарской клиники. В ней расписывались характеристики и степень развития проклятья Теренса. И если верить указанному, мальчик, якобы, имел прекрасные перспективы в будущем побороть «болезнь». Вот только для этого пациенту на протяжении пяти лет, до малого магического совершеннолетия, надлежало принимать особый курс экспериментальных препаратов и находиться в благоприятной, подходящей внешней среде. Сиречь чтоб и эмоциональная компонента перманентно пестрила положительным спектром, и магический фон был соответствующим – обладал высокой и нейтральной насыщенностью. Само собой такое заявление попахивало бредом и откровенным подлогом. Заключение мастера-целителя Мозера по определению не могло быть правдой. Всё-таки за всю историю предпринимаемых попыток избавления тестируемых заражённых проклятьем ликантропии дело всегда заканчивалось провалом. И тем не менее этот специалист, чья квалификации объективно вызывала сомнения, выдал столь абсурдный прогноз.

Последний же пергамент, отданный на откуп разгневанным женщинам, был меморандумом завизированным подписью распорядителя Хогвартского мандата, то бишь сенешаля, дающим разрешение провести на подотчётной территории данного практического эксперимента.

Скрипя зубами в бессилии из-за невозможности привлечь к уголовной ответственности и упечь ухмыляющегося подонка в Азкабан, Вальбурга сделала единственное, что при текущей обстановке могла предпринять.

— Я, Леди Блэк, избранная председателем совета попечителей Хогвартса на текущей внеплановой и экстренной сессии, выношу на рассмотрение вопросы об объявлении вотума недоверия Альбусу Дамблдору и немедленном отчислении из списка учеников школы Теренса Кроуфорда, первокурсника Гриффиндора. Голосуем.

Члены руководящего органа управления проголосовали единогласно. Оборотня выгнали и постановили вотум неодобрения действиям директора. Но для снятия Альбуса с должности этого, увы, было недостаточно. Впрочем теперь у паука сильно урезаны полномочия, а любая последующая значительная промашка приведёт к увольнению. Также помимо прочего репутация Дамблдора рухнула в пропасть. Даже его собственные клевреты в составе совета попечителей из политической фракции светлых, что прежде единодушно везде и во всём поддерживали своего духовного гуру и лидера, по поднятым на обсуждении вопросам проявили невиданную солидарность с радикалами и нейтралами. Интриги и грязные игры с вовлечением детей порицались независимо от принадлежности к той или иной группе.

**** Пятое марта. Домен рода РиксКот. ****

— Поразительно...

Растеряв свойственную себе хладнокровно-неприступную отчуждённость с благоговением и на одном дыхании выплеснула Хелен впиваясь ноготками в пойманную крепкой хваткой руку супруга. Зрелище, что им только что открылось, не могло оставить безучастными даже самого закалённого и стойкого выдержкой разумного. Даже для них, отнюдь не слабых волшебников, слишком впечатляющим было видимое в обозримом окружении.

— Согласна... Он нечто!

С не меньшим запалом и эмоциональной остротой, запнувшись от волнения на середине предложения, вторила в ответ Урсула, вжимаясь в Лайелла с противоположной от сестры стороны. Больно уж проникновенным вышло завершившееся представление по демонстрации грандиозного боевого потенциала вооружённых сил рода РиксКот

— Это мой сын!

Всего три слова, но сколько же за ними скрывалось смыслов!

Необузданная гордость, коллапсический трепет, непомерное довольство, немыслимое воодушевление, кипучий и обжигающий восторг и ещё много других возвышенных чувств переплелись воедино, отразившись в интонации сказанного.

Наблюдение за тем, как после своеобразного парада покидая поляну, отыгравшую роль импровизированного манежа, в дебрях леса их родового домена организованными порядками растворяется величественна армада, а в небо взмывают сотни эскадрилий гранианцев, разум зрителей небезосновательно подвергся мощнейшему треволнению.

Три сотни лесных троллей в бахтерецах, шлемах ерихонках и личинами, с щитами, копьями, булавами и тесаками, да верхом в сёдлах на акромантулах кого хочешь введут в состояние прострации и запредельного шока. Ещё сотня таких же воинов восседали на лютоволках. Прибавим к этому ещё столько же лесных троллей, но без ездовых маунтов и тяжёлого доспеха, зато в кожаной броне частично укреплённой кольчужными вставками, парными кинжалами, при луках и двух колчанах, один со стрелами, а другой с сулицами, и выходило совсем грозно и подавляюще. Вдобавок вся амуниция со снаряжение войска была создана из эпических материалов и качественно зачарованна, что вкупе с перечисленным делало оружие и бронь шедеврами артефакторики. Всё-таки их не абы кто и на коленке склепал, а лично Ремус РиксКот, магистр боя с многочисленными талантами и мастерством в иных дисциплинах, использовав весь имеющийся потенциал и знания. В общем, на оснащении собственной армии не экономили.

Две тонны адамантия, полтонны мифрила, столько же гоблинской стали, один выползок Ровены, тысячи километров паучьей волшебной шёлковой нити и сотни трудочасов затрат.

Обмундирование обошлось в умопомрачительную цену и если измерять в денежном эквиваленте, то приблизительно выходило около дюжины миллионов галеонов. Впрочем оно того стоило. Идейный вдохновитель реализовавший и воплотивший небывалый по размаху проект на этот счёт никаких сожалений не испытывал. Будь у него больше солдат, которых необходимо укомплектовать, и Ремус без каких либо колебаний потратил бы ещё столько на их снаряжение. Деньги, драгоценные материалы – всё это тлен по сравнению с безопасностью и обороноспособностью родичей.

На справедливый вопрос, откуда такое значительное прибавление увеличившее штат подчинённых и как подобное вообще произошло, то ответ на него крылся в деятельной инициативности недавно появившихся у меня «вассалов» перекочевавших в домен из переставшего существовать погубленного бураном Запретного Леса.

По правде говоря первоначально и в мыслях не было таким вот образом повышать боевую мощь. По вросшим в суть и укоренившимся привычкам не приучен к тому, чтоб полагаться на кого-то кроме себя. Поэтому подобных амбициозных идей об формировании гвардейских элитных частей ранее не возникало. В своё благополучное будущее всегда смотрел сугубо через призму личного прогресса.

Касаемо акромантулов, то обстоятельства с ними в принципе неновы и объясняются простой как топор логикой. То есть занимаемым ими месте в строгой иерархической пирамиде пищевой цепочки экосистемы, в которую переселенцам пришлось встроиться при переезде в домен РиксКот. Став моими верноподданными и ощутив на себе все прелести с преимущества такого положения у них априори не могло возникнуть каких бы то возражений по поводу нахождения в рядах войскового формирования под моим предводительством. Переступив однажды через фундаментальную тягу к независимости, перекроив своё отношение к действительности, они на уровне стадного инстинкта вписали меня как высшее существо, которому следует безоговорочно подчиняться. Да и вообще данные арахниды от природы не склонны к философствованию и нерешительности. Из-за особенностей своего мышления, будучи частично погруженными в роевое сознание общины, к индивидуальности не расположены. Для обретения в нашем, человеческом понимании, полноценного самосознания, им требуется долгое уединение в отрыве от сородичей. Хотя бы не меньше десятка лет пробыть вне конгломерата колонии. Однако таких уникумов среди всей популяции арахнидов имелось всего двое. Арагог и в меньшей степени Мосаг. Но поскольку администратором, координатором и ведущим звеном ментальной сети выступал абсолютно верный патриарх, то никакого сопротивления или ропота в исполнении поступившего приказ встать в строй, обучаясь командному взаимодействию, слаживанию и сотрудничеству с прочими представителями волшебной фауны у рядовых акромантулов не случилось.

В общем, с пауками проблем не возникло.

С гранианцами ситуация вышла аналогичной. Я для крылатых был, есть и остаюсь истиной в последней инстанции. Тот самый благодетель, кто подарил им удивительнейшую возможность приобщиться к священному древу! Источнику силы, что толкает их эволюцию.

Не менее занимательно обстояли дела с лесными троллями.

В прошлом месяце, накануне весенней оттепели, ко мне с просьбой обратились скрытные жители лесных чащоб. Две половозрелые мужские особи из принятой на постой в домен семьи троллей вошли в ту пору, когда пришло время задумываться о создании пары. Но для того, чтоб это стало осуществимым, им требовалось моё разрешение на отправку брачного зова. По их традициям кандидаты с разрешения вождя формируют и исторгают вовне соответствующее ментальное оповещение сообщающее о готовности вступить в отношения с самкой, которое практически беспрепятственно разлетается по близлежащим территориям посредством вибрации природного фона. Вот на эту-то процедуру у меня и испросили дозволения. Я же, без всяких задних мыслей (всё-таки не сатрап или тиран), вошёл в положение страждущих и дал своё согласие. Однако я кое-чего не учёл. Чувствительные к внешней энергетической среде восприимчивые волшебные создания, пробыв приличный срок в расположении чудотворного влияния сердца леса, за минувшее время успели порядком прокачаться, взобравшись на новый уровень персонального могущества. Так что когда два озабоченных продолжением рода тролля бросили клич в пространство, то оно, войдя в резонанс с флуктуациями пространственно-живительного древа выступившего усилителем сигнала, прозвучало оглушительным криком, облетев всё мироздание и достигнув абсолютно всех свободных самок не обременённых наличием партнёра. Итогом же свершившегося акта призыва стали многочисленные посетители повалившее в домен, коим мои подопечные открывали путь в лакуну выдавая пребывающим временный гостевой пропуск. Переживать же о заполонивших лес чужаках не приходилось. Лесовики жили в согласии с крепким и правильным укладом. В гостях никогда не бузетёрили, свято придерживаясь обычаев гостеприимства. Но речь не о том. Восемь сотен визитёров впала в неистовый восторг от обнаруженного благолепия присущего родовой вотчине РиксКот. Результатом же сложившегося у них упоения стало нестерпимое желания всей этой прорвы разумных оказаться в числе моих подданных. Отказывать им, я, разумеется, не стал. Принял всех.

С лютоволками сценарий вышел идентичным. Тот же вопрос продолжения рода и та же развязка по итогу. Вой на полную Луну в апреле и через неделю все представители популяции лютоволков в качестве вассалов уже обретались в моём родовом лесу.